Владимир Мартынов - Stabat Mater Ансамбль Opus posth Хоры "Сирин" и "Алконост" п/у Татьяны Гринденко

Антон Батагов - Бодхичарья-Аватара Поет верховный лама Калмыкии Тэло Тулку Ринпоче

Леонид Десятников - Свинцовое эхо на стихи Дж.М.Хопкинса, 1990 Уильям Пьюрфой, контратенор Роман Минц, скрипка Сергей Полтавский, альт Евгений

Владимир Мартынов - Стена сообщений (бриколаж) - Часть 1 Выступление на презентации книги "Время Алисы" Центральный Дом Художника 11.06.2010 Пятый московский международный открытый

Павел Карманов - GreenDNK в БЗК Татьяна Гринденко и Opus Posth. Большой зал консерватории

Александр Вустин - Багатель из проекта "Петрушка". Оливер Триндль, фп.

Pavel Karmanov - THE WORD in BZF, St-Peterburg Youth chamber choir of St.Peterburg's Philharmonic society by Yulia Khutoretskaya. Павел Карманов - "СЛОВО"

Владимир Николаев. Танцы вокруг банановой кожуры Экскурс в прошлое. На заре увлечения электроникой. Симпатичная электронная вещица из далеких разбойных 90-х

Антон Батагов - Джон Кейдж жил на углу 6-й авеню и 18-й улицы Видео: Алиса Наремонти New York City 2012 Эта музыка включает в себя аудиозапись, сделанную


Leonid Desyatnikov - Tango Eva Bindere - violin Maxim Rysanov - viola Peteris Cirksis - violoncello Leonid Desyatnikov

Царица Эмма Слова Екатерины Поспеловой Музыка Петра Поспелова Солисты, хор и оркестр театра "Новая опера" Вставной

Леонид Десятников - Лето: Толотная из цикла "Русские сезоны" (2003)

Павел Карманов - Cambridge music Владилав Песин, скр. Максим Новиков, альт Ольга Демина, влч. Петр Айду, фп. Видео и

Петр Поспелов. Внук пирата. 1. Увертюра «Платформа». Винзавод, 29.11.2013

Татьяна Герасимёнок - BOHEMIAN ALGAE (2017) "Bohemian Algae" is the Sacred Ritual of the Holy Trinity. Preface: "The world –


Петр Поспелов - Жди меня на слова Константина Симонова (1941). Лиза Эбаноидзе, сопрано. Семен Гуревич, скрипка. Петр Поспелов, фп.

Квинтет Квинтет памяти музыканта написан по заказу Алексея Гориболя и Рустама Комачкова для вечера памяти

Павел Карманов - Michael Music Pocket symphony, Nazar Kozhukhar, cond.

Pavel Karmanov - The City I Love and Hate - in Perm Dyagilev fest 2013 Alexei Lubimov,Elena RevichVadim TeyfikovSergey PoltavskiIgor BobovichLeonid BakulinOrgel Hall Perm, RussiaDyagilev fest 2013CULTURESCAPESFestival, Baselcomissionedlisten and

Петр Поспелов - Селима и Гассан Симфонический триптих. Концертный зал Чайковского. Финал Конкурса композиторов YouTube 2010

Тарас Буевский - Концерт для фортепиано и струнного оркестра Наталья Богданова, камерный оркестр "Времена года", дир. Владислав Булахов. Международный фестиваль современной музыки "Московская

Александр Вустин - Плач для фагота соло, 1989

Павел Карманов - Cambridge music Credo quartet. Премьера: Кембридж, 2008


Леонид Десятников - Путешествие Лисы на Северо-Запад для сопрано и симфонического оркестра на стихи Елены Шварц. Солистка - Венера Гимадиева (сопрано).

Леонид Десятников - Эскизы к Закату Секстет для скрипки, флейты, кларнета, контрабаса и фортепиано

Петр Поспелов - Мне Бригитта скажет Слова и музыка Петра Поспелова Исполняют Елизавета Эбаноидзе и Семен Гуревич. За роялем -

Павел Карманов - Струнный кваРЕтет Таллинн, Eesti musika paevad. Владислав Песин, скрипка. Марина Катаржнова, скрипка. Ася Соршнева, альт. Петр

Павел Карманов - Cambridge music Таллинн, Eesti musika paevad. Ася Соршнева, скрипка. Марина Катаржнова, альт. Петр Кондрашин, влч. Петр

ТПО "Композитор" - Jeux d'enfants Детские игры - Музыка Петра Поспелова и Дмитрия Рябцева. Слова Екатерины Поспеловой -

Другие видео

Музыкальная критика



Первый раз в первый класс

Баланчин в Мариинском театре

Русский Телеграф / Пятница 08 мая 1998
В пятнадцатую годовщину смерти Джорджа Баланчина Мариинский театр показал вечер его знаменитых балетов: "Серенада" (1934), "Аполлон" (1928), Pas de Deux (1960) и "Симфонию до мажор" (1948). Первые три балета в театр переносила Франсия Рассел, командированная в Петербург Фондом Баланчина. "Симфония до мажор" два года не сходит с репертуара Мариинского театра.
Для западной балетной компании подобная программа -- норма. В New York City Ballet она называется All Balanchine и проходит по высшему тарифу стоимости билетов -- театр показывает только шедевры. Для Мариинского театра и для русской публики этот набор беспрецедентен. Суммарные два часа "чистого" танцевания -- слишком большая нагрузка и для российской публики, жертвы шоу-бизнеса, и для русских артистов, заложников представлений о балете как разновидности драматического театра. Невольно Баланчин в Мариинском театре стал тестом на уровень балетной культуры в Петербурге.

Публика

Ей, с советских времен приученной воспринимать посещение балета как киносеанс в "Кристалл-паласе", Мариинский театр напомнил, что балет все-таки не кино и смысл его надо искать не в сюжете, но в динамике и траектории движения, характеристиках линий, символике позы. И, признаемся, самое замечательное, что было на премьере, -- реакция и манера поведения зала: без истерического балетоманского визга (кричали только после трюкового Pas de Deux, сочиненного Баланчиным в манере "звезд советского балета"), напротив, ровное респектабельное зрительское mezzo voce; публика словно боялась разрушить хрупкую акустическую атмосферу, заданную Чайковским и Стравинским и поддержанную Баланчиным. Но скорее всего ей просто некогда было аплодировать: вряд ли вы найдете столь же событийный спектакль, как "бессюжетная" "Серенада", и столь же занимательный балет, как "Аполлон".

Балетная общественность

"Старые балетоманы не пришли в театр", -- с некоторым злорадством сообщил видный питерский балетовед. "Неужели им не нравится Баланчин?" -- "Нет, им не нравится этот уровень исполнительства", -- "Как же они могут судить об уровне, не видав премьеру?" -- ответа не последовало. Премьеру проигнорировали не только мифические "старые балетоманы". Дипломированные выпускники балетоведческих факультетов удовлетворились эскизами генеральной репетиции. И дело не в уровне исполнительства (сравнивать не с чем: в России Баланчина не танцуют) и не в изощренности глаза дипломированных экспертов (мало кто видел аутентичный New York City Ballet) -- дело во все той же неготовности и нежелании воспринимать балет "как он есть", без story, декоративного антуража, героев-любовников и разухабистых примадонн. И тут профессиональные историки и аналитики смыкаются с массовой публикой -- правда, им недостает ее любопытства и непосредственности. Если бы в 1998 году зал Мариинского театра был заполнен только балетными "специалистами" советского разлива, премьера балетов Баланчина провалилась бы так же, как в невежественном (в балетном смысле) Нью-Йорке образца 1934 года провалилась премьера "Серенады".

Польза -- Прочность -- Удовольствие

Витрувианская триада, как известно, описывала идеальный архитектурный организм. Мы используем ее здесь, потому что "польза -- прочность -- красота" -- это и есть премьера Баланчина в Мариинском театре, то есть идеальная стратегия поведения русской балетной компании в сложившихся условиях.
Итак, польза. Премьера балетов Баланчина стала первым прецедентом осознанного строительства труппы, а не очередным возведением репертуарных потемкинских деревень (чем, собственно, была в свое время постановка баланчинской "Темы с вариациями" и даже, в известном смысле, "Симфонии до мажор"). После спектаклей в кулуарах много говорилось о том, что те мальчики и девочки, которые сегодня вышли танцевать Баланчина, не понимают до конца собственного счастья и что это счастье миновало поколение сорокалетних артистов (был даже составлен воображаемый, и вполне впечатляющий, состав "Симфонии до мажор": первая часть -- Любовь Кунакова, вторая -- Галина Мезенцева, третья -- Татьяна Терехова, четвертая -- Ольга Ченчикова).
Все это так, но именно потому, что артисты 70--80-х годов пребывали в ситуации "без Баланчина", танцовщикам 90-х сладко не приходится: как новорожденные слепые котята они поначалу неизбежно тыкаются в неизвестность. Станцевать на сто процентов Баланчина в условиях Мариинского (да и любого русского) театра образца 1998 года -- по определению невозможно, как невозможно начать обучение французскому языку с чтения Пруста. Все срывы и стилистические неточности в мариинских "Серенаде" и "Аполлоне" меркнут рядом с той художественной и просветительской миссией и тем крестьянским трудом (любимое словосочетание Баланчина), которые взвалили на свои плечи юные артисты. Распахивается целина. Все в первый раз, никаких исполнительских корней, никакой зрительной и культурной памяти, мышечной информации, которые могли бы быть приобретены в школьном балетном детстве. А между прочим, "Серенада" ставилась Баланчиным в 1934 году для первых учениц Школы американского балета в качестве упражнения по сценическому движению, и ровно те же функции могла бы с успехом сегодня выполнять в школьных корпусах на улице Росси. С "Аполлоном" и вовсе сложно: он-то был сочинен в кругу эстетов и для эстетов. Он был возвращением к классической простоте уставших от эстетического радикализма снобов. Стилистика "ар деко", континентальный шик, костюмы от Коко Шанель. Все это для сегодняшних балетных артистов интеллектуально слишком утомительно. В лучшем случае они воспринимают "Аполлона" как элемент некой мировой космополитической культуры (в худшем -- как продукт американского балета), между тем это русский балет, поставленный русским хореографом на музыку русского композитора силами русских танцовщиков в русской антрепризе Дягилева. Но все, что касается эмигрантов, по прежнему остается terra incognita для постсоветского балета. И сходу, за три недели, восстановить разорванные ХХ веком нити истории русского балета и встроиться в сияющий ряд Лифарь -- Эглевски -- Д`Амбуаз -- Барышников -- Мартинс -- каверзно сложно.
Прочность. На последнем из премьерных представлений "Серенады" репетитор балета Мариинского театра Геннадий Селюцкий признался, что смотрел только на ноги (пресловутая "работа стоп" -- больное место русских балетных компаний) и впервые за многие годы был удовлетворен. От себя добавим, что Баланчин научит (уже научил) труппу двигаться, придаст ей те кинетические качества, которые необходимы для создания имиджа современной балетной компании (и дальше, для создания предпосылок для работы с т.н. "новыми" хореографами).
Красота (или "удовольствие"). Бессмысленно в оперативной рецензии говорить об эстетических феноменах хореографии Баланчина, о произведениях, входящих в золотой каталог балета ХХ века. Они -- художественный камертон, точка отсчета, помогающая артистам (и публике) сориентироваться в пространстве искусства. Впрочем, вот некоторые опасения: с появлением в репертуаре театра "Серенады" Баланчина с неизбежностью начинаешь думать о судьбе фокинской "Шопенианы". Та вялая, астеничная субстанция, в которую сегодня превратилась некогда стилистически изощренная "Шопениана", неизбежно рухнет под динамическим напором "Серенады" -- если, конечно, театр не предпримет экстренных мер по спасению "Шопенианы".
Что до "удовольствия", то в финале Адажио "Аполлона" Светлана Захарова (Терпсихора) и Евгений Иванченко (Аполлон), как и положено по тексту Баланчина, остановились рядом в "шестой" позиции. Иванченко не скрывал явного удовлетворения, от Захаровой просто сыпались искры счастья. Артисты получили удовольствие от танцев? -- прекрасно! (На втором представлении они -- в особенности Захарова -- действительно неплохо танцевали, пусть и в соответствии с мариинской шкалой оценки исполнения Баланчина.) Но кто знаком с театральной кухней, кто пробежал марафон постановочных репетиций, подтвердит, каких трудов стоило уговорить (а иногда и заставить) артистов (в частности, Захарову) прийти на эти репетиции, услышать эту "новую музыку" (это Стравинский-то!), уловить изощренные деформации баланчинской неоклассики, символику "абстрактных" телодвижений. Ситуацию Светланы Захаровой (а именно она, более чем кто-то другой, пережила психологическую и художественную ломку), восемнадцатилетней солистки Мариинского театра, танцовщицы с феноменальными природными данными и многообещающей карьерой, можно сформулировать как трагедию молодого русского балетного артиста, отлученного от художественных идей ХХ века. И то, что за два года до конца века Мариинский театр осознал всю серьезность этой проблемы и предпринял попытку к ее исправлению, -- главный художественный и моральный итог премьеры.
"Аполлон" Стравинского -- Баланчина в Мариинском театре. Аполлон -- Андриан Фадеев, музы -- Жанна Аюпова, Софья Гумерова, Яна Серебрякова
Александр Вустин - Приношение для фортепианного квартета и ударных. Wiener Konzerthaus 17 февраля 2005, впервые исполнено ансамблем Kremerata

Петр Поспелов - Призыв БСО им. П.И.Чайковского Дирижер Владимир Федосеев 29.12.2010, Дворец на Яузе, Москва

Владимир Мартынов - Войдите! (части 5, 6) Татьяна Гринденко, скрипка Ансамбль Opus Posth

Павел Карманов - Подарок самому себе на день рождения Андрей Усов - Алексей Толстов - Вадим Холоденко 23.01.2012 Архиповский зал, Москва


Pavel Karmanov - Force major (2010) studio record for 2 Violins & 2 Pianos - Elena Revich, Marina Katarzhnova (violins) Vadym Kholodenko

Петр Поспелов - Петя и Волк 2 Продолжение музыкальной сказки С.С.Прокофьева. Российский национальный оркестр. Дирижер Владислав Лаврик. Рассказчик Александр Олешко

Антон Батагов - Джон Кейдж жил на углу 6-й авеню и 18-й улицы Видео: Алиса Наремонти New York City 2012 Эта музыка включает в себя аудиозапись, сделанную

Татьяна Герасимёнок - Insomnia.Poison (2016) Видео: Алиса Наремонти New York City 2012 Эта музыка включает в себя аудиозапись, сделанную

Леонид Десятников - Лето: Толотная из цикла "Русские сезоны" (2003)

Петр Поспелов - Призыв. Фрагмент репетиции Владимир Федосеев, БСО им. Чайковского. 2010. ГДРЗ

Петр Поспелов - Селима и Гассан Симфонический триптих. Концертный зал Чайковского. Финал Конкурса композиторов YouTube 2010

Владимир Николаев - Геревень, балет Пермский театр оперы и балета Хореограф - Раду Поклитару Художественный руководитель - Теодор Курентзис

Владимир Тарнопольский - Jenseits der Schatten Ансамбль musicFabrik, дирижер Вольфганг Лишке


Павел Карманов - Funny Valentine для альта и арфы (2012) Максим Новиков, Валентина Борисова. Звук - Александр Волков, Александр Михлин. (c) Maxim Novikov 2013


Pavel Karmanov Second Snow on the Stadium by Kevork Mourad - Maxim Novikov - Petr Aidu Maxim Novikov Arts Production— в Spring Music Academy.

ТПО "Композитор" - Jeux d'enfants Детские игры - Музыка Петра Поспелова и Дмитрия Рябцева. Слова Екатерины Поспеловой -

Петр Поспелов - Зимняя ночь на стихи Бориса Пастернака Лиза Эбаноидзе, сопрано Семен Гуревич, скрипка Анастасия Чайкина, скрипка Никита

Pavel Karmanov - Twice a Double concerto 3-04-11 fine sound Olga Ivousheykova - baroque fluteMaria Chapurina - FlutePaolo Grazzi - baroque oboe Alexei Utkin


Татьяна Герасимёнок - The Creed (2015) «Платформа». Винзавод, 29.11.2013

Pavel Karmanov – Musica con Cello – with New Russia State orchestra Boris Andrianov (Cello), Ksenia Bashmet (Piano), Andrey Ivanov (Bass), Vartan Babayan (drums) "New Russia"

Татьяна Герасимёнок - CERBERUS (2015) Boris Andrianov (Cello), Ksenia Bashmet (Piano), Andrey Ivanov (Bass), Vartan Babayan (drums) "New Russia"

Leonid Desyatnikov - Tango Eva Bindere - violin Maxim Rysanov - viola Peteris Cirksis - violoncello Leonid Desyatnikov

Павел Карманов - Different Brooks для фортепианного квинтета. Таллинн, Eesti musika paevad. Владислав Песин и Марина Катаржнова, скр. Ася

Владимир Мартынов - Войдите! (части 3, 4) Татьяна Гринденко, скрипка Ансамбль Opus Posth

ТПО Композитор - Детские игры - Москва, "Возвращение", 2009 Музыка Петра Поспелова и Дмитрия Рябцева. Слова песни Екатерины Поспеловой. Для большого ансамбля

Pavel Karmanov - Music for Firework concert version by Alexei Khanyutin The Posket symphony, Nazar Kozhukhar Назар Кожухарь Карманов Ханютин

Петр Поспелов - Мне Бригитта скажет Слова и музыка Петра Поспелова Исполняют Елизавета Эбаноидзе и Семен Гуревич. За роялем -


Другие видео