Петр Поспелов - Пипо растельмоз Квартет имени Э. Мирзояна и Мария Федотова, флейта Первая скрипка - Арам Асатрян Вторая

Леонид Десятников - Свинцовое эхо на стихи Дж.М.Хопкинса, 1990 Уильям Пьюрфой, контратенор Роман Минц, скрипка Сергей Полтавский, альт Евгений

Юрий Акбалькан - Гнездо птеродактиля для блокфлейты. В исполнении автора

Павел Карманов - Cambridge music Credo quartet. Премьера: Кембридж, 2008

Павел Карманов - Cambridge music Владилав Песин, скр. Максим Новиков, альт Ольга Демина, влч. Петр Айду, фп. Видео и

Владимир Николаев. Танцы вокруг банановой кожуры Экскурс в прошлое. На заре увлечения электроникой. Симпатичная электронная вещица из далеких разбойных 90-х

Владимир Николаев - Игрища Музыкальное представление Видео с концерта фестиваля «Другое пространство». Москва. 20 июня


Петр Поспелов - Зимняя ночь на стихи Бориса Пастернака Лиза Эбаноидзе, сопрано Семен Гуревич, скрипка Анастасия Чайкина, скрипка Никита

Тарас Буевский - Концерт для фортепиано и струнного оркестра Наталья Богданова, камерный оркестр "Времена года", дир. Владислав Булахов. Международный фестиваль современной музыки "Московская

Владимир Мартынов - Стена сообщений (бриколаж) - Часть 1 Выступление на презентации книги "Время Алисы" Центральный Дом Художника 11.06.2010 Пятый московский международный открытый

Владимир Николаев - Японская сказка Стихи Арсения Тарковского Анатолий Горев, вокал

Антон Батагов - Джон Кейдж жил на углу 6-й авеню и 18-й улицы Видео: Алиса Наремонти New York City 2012 Эта музыка включает в себя аудиозапись, сделанную


Петр Поспелов - Двенадцатая ночь - Первая песня Оливии Стихи - Анна Алямова Оливия - Елизавета Эбаноидзе Анастасия Чайкина, скрипка Валерия

Павел Карманов - Семь минут до Рождества Эрмитажный театр 14.01.2011 Иван Бушуев, флейта. Марина Катаржнова, скрипка. Владислав Песин, скрипка. Лев Серов

Петр Поспелов - Призыв БСО им. П.И.Чайковского Дирижер Владимир Федосеев 29.12.2010, Дворец на Яузе, Москва

ТПО Композитор - Детские игры (Jeux d'enfants) - Киев 2012 Музыка Петра Поспелова и Дмитрия Рябцева. Слова песни Екатерины Поспеловой New Era Orchestra

Pavel Karmanov - Force major (2010) studio record for 2 Violins & 2 Pianos - Elena Revich, Marina Katarzhnova (violins) Vadym Kholodenko

Леонид Десятников - Эскизы к Закату Секстет для скрипки, флейты, кларнета, контрабаса и фортепиано

Владимир Мартынов - Войдите! (части 1, 2) Татьяна Гринденко, скрипка Ансамбль Opus Posth

Петр Поспелов - Искатели жемчуга в Яузе Кантата для сопрано, облигатной трубы, ансамбля и камерного оркестра Москва, Дворец на Яузе, 31.12.2011.



Татьяна Герасимёнок - BOHEMIAN ALGAE (2017) "Bohemian Algae" is the Sacred Ritual of the Holy Trinity. Preface: "The world –

Владимир Николаев - Ave Maria для виолончели с оркестром (2006). Солист Дмитрий Чеглаков. Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония» Дирижер

Леонид Десятников - Second hand "Отзвуки, транскрипции, посвящения" Концерт в Малом зале СПБ Филармонии 16.10.2010 Artstudio "TroyAnna"

Петр Поспелов. Внук пирата. 6. Свадебный гимн «Платформа». Винзавод, 29.11.2013

Дорога Фильм Алексея Ханютина - Музыка Павла Карманова

Петр Поспелов - Селима и Гассан Симфонический триптих. Концертный зал Чайковского. Финал Конкурса композиторов YouTube 2010

Sergey Khismatov - To the left II | souvenir No name ensemble cond. Mark Buloshnikov

Леонид Десятников - По канве Астора Екатерина Апекишева, фп. Роман Минц, скрипка Максим Рысанов, альт Кристина Блаумане, виолончель

Другие видео

Музыкальная критика



Владимир Сорокин: Почему я должен изживать комплексы?

Одному из самых скандальных российских писателей вчера стукнуло 50. Имя Владимира Сорокина, автора романа «Голубое сало», либретто к опере «Дети Розенталя» и много чего еще, ныне знает и стар и млад. Уж слишком постарались его многочисленные ненавистники, которые, скорее всего, не читали ни одной его строки. А если одну и читали, то, скорее всего, вырванную из контекста специально для того, чтобы прокричать: ату его! Впрочем, мне известны и люди, взявшие на себя труд прочитать хотя бы что-то, после чего они поклялись ни к чему сорокинскому больше не прикасаться. Но есть у Владимира Сорокина и поклонники, и их не так уж мало.

Вечерняя Москва / Понедельник 08 августа 2005
– Первый серьезный юбилей… В советское время можно было рассчитывать на собрание сочинений.
– Спасибо, у меня уже два есть.
– Почти ничего не известно о вашем босоногом детстве. Думаю, что я не одна такая, неосведомленная.
– Оно не было босоногим. Я рос в Подмосковье в профессорской семье. Наш двор был райским уголком – сосны, гамак...
– Подмосковье – оно большое. А точнее? Где находится этот кусочек рая?
– В поселке Быково. Не там, где аэропорт, а на другой стороне. Двор утопал в соснах. Там жила техническая интеллигенция. Точнее, дома принадлежали Министерству геологии, а жили там геологи и геофизики.
– Так-так, понятно тогда, откуда взялся такой нешуточный интерес к Тунгусскому метеориту. Я имею в виду ваш последний роман «Путь Бро».
– Все детство прошло под рассказы бабушки и мамы об экспедициях.
– А сами на Угрюм-реке не были?
– Только во сне.
– Кем были ваши родители?
– Отец занимался металловедением, мама была экономистом. В нашем дворе было четыре одноэтажных дома и один двухэтажный. Там мы и жили.
– В коммуналке?
– Нет, в отдельной квартире, но стихия коммунальной кухни мне знакома с детства. Тогда все так жили.
– Были друзья, компании, казаки-разбойники?
– Все было. Штандер, двенадцать палочек. Летний кинотеатр, пруд с лодками, девчонки, поцелуи в бузине. Но весь этот рай продолжался, к сожалению, недолго. Работа отца требовала переездов. Поездив по Подмосковью, семья в конце концов осела в Москве, на Ленинском проспекте. Из-за переездов я отучился в четырех школах.
– А по высшему образованию вы вроде бы технарь?
– Мой дипломный проект был посвящен проектированию задвижки нефтепровода.
– Очень актуальная тема! К тому же, оказывается, человек, проживающий на улице Губкина, окончил Институт имени того же Губкина! Проще говоря, «Керосинку». А откуда взялась тяга к писанию?
– Как и положено, ниоткуда.
– Может, в школе сочинения удавались лучше всех прочих контрольных работ?
– Да, литература шла у меня всегда хорошо. Так хорошо, что в какой-то момент стало неинтересно и я занялся рисованием. Всерьез подумывал о профессии художника. Когда я был уже на последнем курсе института, в издательстве «Московский рабочий» вышла книга с моими иллюстрациями.
– Но – с чужими текстами. А хотелось, небось, чтобы со своими? Пусть даже и художником будет кто-то другой?
– Году в 1975 я попал в круг московского андерграунда. Илья Кабаков, Эрик Булатов, да и Пригов там тоже был – как художник. Я туда пришел тоже сначала как художник, но все эти люди стимулировали меня именно к занятиям литературой. Первый мой рассказ «Заплыв» появился ровно 25 лет назад, в 1980 году.
– Еще один юбилей!
– Позднее он целиком вошел в роман «Голубое сало». А тогда он очень приветствовался старшими товарищами по андерграунду.
– Вы сразу поняли, что путь в литературе, мягко говоря, не будет усыпан розами?
– Я не хотел быть официальным писателем, это было скучно. В литературе мне интересно не учить, а экспериментировать. Для меня это, скорее, лаборатория, чем храм или музей. Это ощущение сохранилось до сих пор. И, видимо, сохранится в будущем, пока я могу нормально работать, пока мне не мешают.
– Что же, вас никогда не волновало количество ваших читателей? Не хотелось, чтобы узнавали на улице? Сейчас-то, конечно, узнают, но – как лицо из телевизора.
– Я об этом не думал. Меня всегда волновало лишь качество текста. У меня сейчас достаточно много читателей. А когда узнают на улице, это довольно беспокойно: подходит человек, начинает заговаривать, спрашивать. Надо отвечать, стараться быть деликатным.
– Зигмунд Фрейд, живи он сегодня, сказал бы: писатель Сорокин в своих произведениях изживает некие комплексы…
– Я не очень верю Фрейду. Мне кажется, он гораздо больше литератор, чем доктор. А комплексы… Почему я должен их изживать? У кого их нет? Вообще, от всей этой фрейдистской терминологии разит нафталином. Я бы взглянул на проблему проще: человеку, который записывает на бумаге собственные фантазии, чего-то не хватает в мире. И он достраивает несовершенный мир до целого.
– В своих последних романах вы достроили наш несовершенный мир до того, что при благоприятном развитии событий человечество исчезнет – вместе с Землей.
– Но я же не на стороне этих братьев (носители Света, члены братства Льда. – Ю.Р.). Я просто им сочувствую.
– Не знаю, получились-то они у вас куда симпатичнее, чем мясные машины (простые люди, не умеющие говорить сердцем. – Ю.Р.).
– Мясные машины тоже нуждаются в сочувствии. Подождите третьей части (первая часть – «Лед», вторая – «Путь Бро», но она, как это сейчас называют, приквел. – Ю. Р.).
– А в каком, кстати, она состоянии?
– Пишется. Надеюсь, в этом году выйдет.
– «Из какого сора» вырос замысел трилогии?
– Окончательно это случилось в Японии. Меня давно преследовала идея несовершенства мира слов. Животным он не нужен, они чувствуют. А люди слишком от него зависят. Кто-то сказал, что язык – это вирус, залетевший из космоса. Но пока мы без него не можем обойтись. Я думал обо всем этом, бредя по узкой японской улочке. Темнело, было душно и жарко. И вдруг распахнулась дверь черного хода одного из баров, официант вытряхнул мне под ноги ведро льда, после чего дверь снова захлопнулась. Лед захрустел под ногами, и в этот момент у меня возник образ ледяного молота.
– Вопрос немного из другой оперы. Вот у вас жена – музыкант, одна из дочерей окончила консерваторию, в «30-й любви Марины» вы выступили не только как соцреалист и «порнограф», но и как высокопрофессиональный музыкальный критик, замечены вместе с семейством на Декабрьских вечерах… Очевидно, у вас с музыкой имеются некие свои отношения?
– Очень теплые! Я довольно рано, в шесть лет, начал заниматься музыкой. И довольно быстро закончил – мне раздробили палец, и я уже не мог полноценно играть на фортепиано. Хотя для себя играл и потом… Музыка притягивала, завораживала, оказывала мистическое воздействие. Она всегда занимала гораздо большее место в моей жизни, чем литература и живопись. Да и сейчас я утром пишу час-два, а потом включаю музыку. И просто плаваю в этой совершенной стихии.
– Надо ли спрашивать, чью музыку вы слушаете, или имена ваших любимых композиторов совпадают с именами героев оперы «Дети Розенталя» (там действуют, напомню, клоны Моцарта, Верди, Вагнера, Чайковского и Мусоргского. – Ю. Р.)?
– Герои оперы выбирались по другому принципу: все они авторы оперной музыки. А я очень люблю романтиков. Всех на «Ш» – Шопена, Шуберта, Шумана. И Вагнера. Но в начале 1970-х я открыл для себя и рок-музыку. Это было сильно! «Whole lotta love» Led Zeppelin – незабываемое потрясение! 1972 год.
– Вот так: или романтики, или уж рок-музыка. А как вы относитесь к академической музыке ХХ века?
– Считаю, что она сильно проигрывает более ранним векам. Я люблю, например, «Ночь просветления» Шенберга, но каждый день слушать не могу. А Шопена – могу.
– А из рок-музыки кого?
– На меня сильно повлиял тяжелый рок начала семидесятых. «Битлз», конечно, люблю, но иногда они очень приторные. Поэтому предпочитал «Роллинг Стоунз». И все это было связано с юностью, с портвейном в парке, с духом подполья, с «Голосом Америки», с какими-то надеждами… Но я могу слушать и кич.
– ?! Что вы имеете в виду?!
– Вот Вадим Козин – это что такое?
– Вопрос сложный, но я не уверена, что это кич. А из современных?
– Могу получить сиюминутное удовольствие от «Блестящих».
– Ну, для этого, боюсь, портвейна недостаточно, нужны более тяжелые напитки!
– Это вы зря. Гармония музыки разлита везде.
– В «Пути Бро» есть очень смешное место. Герои сидят в Большом театре, слушают «Пиковую даму». А там одни мясные машины изображают страсти других мясных машин для третьих мясных машин, сидящих в зале. Возникает ощущение того, что вы к самому жанру оперы относитесь не всерьез, с иронией. Как же получилось, что вы дали согласие стать оперным либреттистом?
– Я никогда не относился к опере с иронией, напротив, очень ее любил. И не только Вагнера, но и, к примеру, Беллини. Из русских композиторов – Мусоргского, Чайковского. Опера – великий, героический жанр. И классический балет я тоже люблю.
– Все время, пока «Дети Розенталя» писались, готовились к постановке, казалось, что все закончится ничем. А у вас не было такого ощущения?
– Хорошо помню, как Десятников (Леонид Десятников, композитор, автор оперы. – Ю. Р.) сыграл мне первое действие у себя в квартире в Питере. Он играл и пел дребезжащим голосом, но я дважды прослезился. И понял: это не может не быть поставлено!
– А какие чувства испытали при виде толпы с транспарантами в день премьеры?
– Я это воспринимал как раму для нашей оперы. Как ни странно, но все происходившее тогда доказало, что жанр оперы – жив. Ни театральная постановка, ни книга, ни фильм не могли вызвать такую бурную реакцию. Все разговоры о том, что опера умерла, что это не более чем музей, – чушь собачья. Опера соединяет в себе несколько стихий, что очень хорошо почувствовал Вагнер. Она современна!
– Многим моим знакомым, как, кстати, и мне, так и не удалось попасть на «Детей Розенталя» – не было билетов.
– В октябре она пойдет снова, сходите обязательно, получите удовольствие. Будут гастроли на сцене Мариинки, а через год – и в «Метрополитен-опера».
– Что происходит с фильмом «4»?
– Это вопрос к режиссеру, Илье Хржановскому. Знаю, что фильм только что вышел в Америке, еще в десяти странах. А здесь к нему имеются претензии этического характера. Но он уже получил на Западе кучу призов, и запретить его нельзя.
– Предполагаете ли продолжить карьеру оперного либреттиста и киносценариста?
– Надеюсь. Это помогает мне время от времени выползать из писательской шкуры. А потом я возвращаюсь, как…
– Из командировки?
– Нет, как в сентябре в Москву из Крыма. Новые запахи, новые надежды!

Современные русские композиторы: Леонид Десятников
Павел Карманов - Cambridge music Владилав Песин, скр. Максим Новиков, альт Ольга Демина, влч. Петр Айду, фп. Видео и

Петр Поспелов - Двенадцатая ночь - Первая песня Оливии Стихи - Анна Алямова Оливия - Елизавета Эбаноидзе Анастасия Чайкина, скрипка Валерия

Петр Поспелов - Зимняя ночь на стихи Бориса Пастернака Лиза Эбаноидзе, сопрано Семен Гуревич, скрипка Анастасия Чайкина, скрипка Никита

Петр Поспелов - Искатели жемчуга в Яузе Кантата для сопрано, облигатной трубы, ансамбля и камерного оркестра Москва, Дворец на Яузе, 31.12.2011.



Pavel Karmanov - Force major (2010) studio record for 2 Violins & 2 Pianos - Elena Revich, Marina Katarzhnova (violins) Vadym Kholodenko

О ВРЕДЕ ТАБАКА Опера по произведению А.П. Чехова. Ансамбль солистов "Эрмитаж", КМСО им. С.Т. Рихтера Художественный

Владимир Мартынов - Войдите! (части 5, 6) Татьяна Гринденко, скрипка Ансамбль Opus Posth

Царица Эмма Слова Екатерины Поспеловой Музыка Петра Поспелова Солисты, хор и оркестр театра "Новая опера" Вставной

Петр Поспелов - Жди меня на слова Константина Симонова (1941). Лиза Эбаноидзе, сопрано. Семен Гуревич, скрипка. Петр Поспелов, фп.

Джон Кейдж. Лекция о ничто Российское ТВ, 1992. «Лекцию о ничто» исполняют: Владимир Чинаев Алексей Любимов Герман Виноградов

Леонид Десятников - Путешествие Лисы на Северо-Запад для сопрано и симфонического оркестра на стихи Елены Шварц. Солистка - Венера Гимадиева (сопрано).

ТПО "Композитор" - Jeux d'enfants Детские игры - Музыка Петра Поспелова и Дмитрия Рябцева. Слова Екатерины Поспеловой -

Леонид Десятников - Лето: Толотная из цикла "Русские сезоны" (2003)

Петр Поспелов - Петя и Волк 2 Продолжение музыкальной сказки С.С.Прокофьева. Российский национальный оркестр. Дирижер Владислав Лаврик. Рассказчик Александр Олешко

Леонид Десятников - Эскизы к Закату Секстет для скрипки, флейты, кларнета, контрабаса и фортепиано


Александр Вустин - Памяти Бориса Клюзнера Для баритона и струнного квартета. 1977 На слова Юрия Олеши. Владимир Хачатуров, баритон. Струнный

Владимир Николаев - Ave Maria для виолончели с оркестром (2006). Солист Дмитрий Чеглаков. Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония» Дирижер

Татьяна Герасимёнок - Insomnia.Poison (2016) для виолончели с оркестром (2006). Солист Дмитрий Чеглаков. Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония» Дирижер

Леонид Десятников - Свинцовое эхо на стихи Дж.М.Хопкинса, 1990 Уильям Пьюрфой, контратенор Роман Минц, скрипка Сергей Полтавский, альт Евгений

Леонид Десятников - Подмосковные вечера Главная тема фильма Обработка для скрипки и струнного ансамбля Романа Минца Роман Минц, скрипка

Владимир Тарнопольский - Jenseits der Schatten Ансамбль musicFabrik, дирижер Вольфганг Лишке

Владимир Николаев - Геревень, балет Телесюжет. Пермь, октябрь 2012


Sergey Khismatov - To the left II | souvenir No name ensemble cond. Mark Buloshnikov

ТПО Композитор - Хор жалобщиков Санкт-Петербурга Музыка Петра Поспелова и Александра Маноцкова. Стихи Екатерины Поспеловой на основе жалоб горожан Санкт-Петербурга.

Vladimir Martynov - Spaces of latent utterance (2012) Vladimir Martynov - Spaces of latent utterance in DOM - 11-03-12

Петя и Волк и не только - спектакль Московского театра кукол Сергей Прокофьев. "Петя и Волк". Петр Поспелов. "Петя и Волк - 2". Автор идеи

Татьяна Герасимёнок - The Creed (2015) Сергей Прокофьев. "Петя и Волк". Петр Поспелов. "Петя и Волк - 2". Автор идеи

Леонид Десятников - Зима священная 1949 года: VI - Спорт Симфония для солистов, хора и оркестра (1998) Симфонический оркестр Виннипега, солисты и хор Дирижер

Другие видео