Дорога Фильм Алексея Ханютина - Музыка Павла Карманова

Vladimir Martynov - Spaces of latent utterance (2012) Vladimir Martynov - Spaces of latent utterance in DOM - 11-03-12

Петр Поспелов - Мне Бригитта скажет Слова и музыка Петра Поспелова Исполняют Елизавета Эбаноидзе и Семен Гуревич. За роялем -

Pavel Karmanov - Twice a double concerto in Riga - European premiere Latvian National Symphony orchestra Сonductor - Normunds Sne The Great Guild Hall, Riga, Latvija

Leonid Desyatnikov - Tango Eva Bindere - violin Maxim Rysanov - viola Peteris Cirksis - violoncello Leonid Desyatnikov

Петр Поспелов - Призыв. Фрагмент репетиции Владимир Федосеев, БСО им. Чайковского. 2010. ГДРЗ

Татьяна Герасимёнок - The Smell of Roses (2015) Владимир Федосеев, БСО им. Чайковского. 2010. ГДРЗ

О ВРЕДЕ ТАБАКА Опера по произведению А.П. Чехова. Ансамбль солистов "Эрмитаж", КМСО им. С.Т. Рихтера Художественный

Тарас Буевский - Концерт для фортепиано и струнного оркестра Наталья Богданова, камерный оркестр "Времена года", дир. Владислав Булахов. Международный фестиваль современной музыки "Московская

Павел Карманов - «День Первый» для смешанного хора и чтеца. Максим Новиков (альт), Евгения Лисицына (орган). Молодежный камерный хор

Леонид Десятников - По канве Астора Екатерина Апекишева, фп. Роман Минц, скрипка Максим Рысанов, альт Кристина Блаумане, виолончель

Леонид Десятников - Свинцовое эхо на стихи Дж.М.Хопкинса, 1990 Уильям Пьюрфой, контратенор Роман Минц, скрипка Сергей Полтавский, альт Евгений

Владимир Николаев - Игрища Музыкальное представление Видео с концерта фестиваля «Другое пространство». Москва. 20 июня

Владимир Мартынов - Войдите! (части 5, 6) Татьяна Гринденко, скрипка Ансамбль Opus Posth

Антон Батагов - Бодхичарья-Аватара Поет верховный лама Калмыкии Тэло Тулку Ринпоче

Квинтет Квинтет памяти музыканта написан по заказу Алексея Гориболя и Рустама Комачкова для вечера памяти

Леонид Десятников - Лето: Толотная из цикла "Русские сезоны" (2003)

Владимир Мартынов - Игры ангелов и людей Мистерия (фрагмент): Литания Богородице. Игры ангелов и людей (2000) Москва, 28.11.2011, Костёл Непорочного

Владимир Мартынов - Stabat Mater Ансамбль Opus posth Хоры "Сирин" и "Алконост" п/у Татьяны Гринденко


Георг Пелецис - Владимир Мартынов. Переписка Алексей Гориболь, Полина Осетинская. Дом музыки

Петр Поспелов - Жди меня на слова Константина Симонова (1941). Лиза Эбаноидзе, сопрано. Семен Гуревич, скрипка. Петр Поспелов, фп.

Владимир Николаев - Сквозь разбитые стекла (фрагмент) Оркестр MusicAeterna. Дирижер Валентин Урюпин. Пермь. Дягилевский фестиваль. 27 мая 2013

Петр Поспелов - Искатели жемчуга в Яузе Кантата для сопрано, облигатной трубы, ансамбля и камерного оркестра Москва, Дворец на Яузе, 31.12.2011.

Леонид Десятников - Зима священная 1949 года: VI - Спорт Симфония для солистов, хора и оркестра (1998) Симфонический оркестр Виннипега, солисты и хор Дирижер

Тарас Буевский - К ТЕБЕ ВОЗВЕДОХ ОЧИ МОИ Концерт для смешанного хора a cappella на тексты псалмов Давида. Псалмы 122 (1), 5

Петр Поспелов - Призыв БСО им. П.И.Чайковского Дирижер Владимир Федосеев 29.12.2010, Дворец на Яузе, Москва

Павел Карманов - Струнный кваРЕтет Таллинн, Eesti musika paevad. Владислав Песин, скрипка. Марина Катаржнова, скрипка. Ася Соршнева, альт. Петр

Александр Вустин - Приношение для фортепианного квартета и ударных. Wiener Konzerthaus 17 февраля 2005, впервые исполнено ансамблем Kremerata

Павел Карманов - Подарок самому себе на день рождения Андрей Усов - Алексей Толстов - Вадим Холоденко 23.01.2012 Архиповский зал, Москва

Александр Вустин - Плач для фагота соло, 1989

Владимир Тарнопольский - Jenseits der Schatten Ансамбль musicFabrik, дирижер Вольфганг Лишке

Другие видео

Музыкальная критика



Выйдем ли в четвертьфинал?

Размышления об Альтернативе и будущем

Музыкальная академия / Воскресенье 01 января 1995
П.П. Наш диалог с Дмитрием Уховым (протекавший в форме обмена текстовыми файлами) состоялся вскоре после Седьмого международного фестиваля современной музыки Альтернатива, названного в этот раз "Альтернативой на конец времени". Ухов второй год подряд выступает в роли организатора, продюсера и ведущего фестиваля, который уже собирался было отдать концы.
Дима, сам факт, что фестиваль вновь состоялся и прошел в целом на очень высоком уровне целиком заслуга твоя и горстки твоих помощников, за что мне хочется вас от души поблагодарить и поздравить. Фестиваль Альтернатива нужен, без него музыкальная жизнь что стадо без телят или телевидение без программы "Время". Даст Господь, и в следующем году он пройдет по крайней мере не хуже.
Д.У. Спасибо, конечно и все такое. Но, во-первых, Альтернативу-93 мы проводили совместно с Антоном Батаговым, "ветераном" фестиваля. Собственно, он и втянул меня в это дело (а если уж быть совсем точным, не столько меня лично, сколько Радио "Орфей" в моем лице). Да и с нынешним фестивалем без его моральной поддержки я бы не справился. Как и без конкретной помощи, например, Игоря Кефалиди, выведшего меня на Союз Композиторов Москвы. И, несмотря на такое, вполне респектабельное содействие, раздаются голоса контр. Правы ли те, кто считает, что время альтернатив кончилось? (Одна из статей П.Поспелова в КоммерсантЪ-Daily называлась "Конец времени альтернатив" Ред.) Правы ли те, кто думает, что альтернативам нечему себя противопоставлять? Возможно. И все-таки...
П.П. Вот мне и хочется обсудить их с тобой и как с организатором, и как с музыкантом, способным встать на точку зрения заинтересованного слушателя вопросы, касающиеся и фестиваля, и современной музыки в целом. Какие альтернативы, на твой взгляд, еще актуальны?
Д.У. Во-первых, обозреватели все так же, как и в прошлом году, не заметили радиоконцерта той электроакустической музыки, которая в силу своей студийной природы вообще может звучать только в записи, хотя специально для Альтернативы уже второй год подряд присылают свои работы такие влиятельные композиторы, как Карл Стоун и Ричард Тейтельбаум. Во всем мире по радио без публики проходят крупные международные фестивали (Ars Acustica, например). У нас же был всего один радиоконцерт, объявленный в сводных афишах, и то "ноль внимания, фунт презрения". Только в нашей стране "Фестиваль" -это обязательно нечто, где собирается аудитория, "тусовка", а если пригласят, то и "презентация". Остальное эксперт-общественность мало интересует.
П.П. В самом деле, у нас действительно еще нет отношения к радио как к искусству, а электроакустическая музыка остается явлением не столько принципиально альтернативным, сколь маргинальным. С одной стороны, в ней существуют лабораторные, цеховые эксперименты, с другой более широкая прикладная и коммерческая сфера. О том, какие большие перспективы (самого существенного, концептуального свойства) таятся в этой области, часто не догадываются даже те, кто ею занимается.
Д.У. Далее, на концерте в Доме композиторов, который задумывался как демонстрация композиторских способностей джазовых импровизаторов и рок-музыкантов, ни одного критика не было (с академической точки зрения и в самом деле приходить было незачем: что они о себе возомнили, эти Максим Трефан и Андрей Соловьев?)
Значит, все-таки, есть что-то не очень интересующее академические круги и, тем не менее, способное привлекать достаточно серьезную аудиторию? Вопрос риторический: как автор нескольких регулярных радиопередач, посвященных новой музыке, я сам знаю, что есть!
Импульсы альтернативности заключены уже в том, что художник никогда не удовлетворится существующим положением вещей это трюизм. А истеблишмент это не только "культработники" недавнего прошлого. Попробовал бы ты еще совсем недавно выступить во Франции против Булеза...
П.П. Которого композитор Александр Рабинович называл музыкальным Чаушеску...
Д.У. ...или в свое время в Америке против Бернстайна! Последний своим авторитетом мог отменить гастроли в США всемирно известной рок-группы (но не за то, что она в своем протесте против Вьетнамской войны сжигала американский флаг, а за то, что она делала это... под его, Бернстайна, музыку). К чести США, однако, надо признать, что сейчас там альтернатива (то, что в Нью-Йорке назыввают downtown) вполне демократично уживается с Линкольн-центром.
П.П. При том, что аудитории классики и новой музыки (а на самом деле градаций больше), к сожалению, никак не пересекаются.
Д.У. А между прочим, сама новая музыка с ее не очень доходными инфраструктурами разве не альтернатива престижной и великосветской классике исполнительских конкурсов и оперных примадонн?
В наследство от постмодернистской мешанины всего и вся (в зависимости от намерений называемой то полистилистикой, то эклектикой) нам осталось нечто более неопределенное, чем былинное распутье (направо ли пойдешь, налево ли) не известно, где авангард, а где арьегард. Помнишь Сухово-Кобылина, у которого Тарелкин "встал и пошел перел прогрессом. Так, что уже Тарелкин был впереди, а прогресс сзади!.."?
П.П. Альтернатива классического истеблишмента и новой музыки более актуальна для запада, чем к счастью для нас. Для меня, как и многих других, никогда не составляло проблемы ходить и в Большой зал консерватории, и на подпольные джаз-фестивали. Причем в обоих случаях я был совершенно одинаково одет. Ты собираешься противопоставить следущий фестиваль светским выходам в консерваторию?
Д.У. Насчет следующего фестиваля пока я себя в качестве его организатора не вижу. Хотя бы потому, что несмотря на все высокие оценки моих трудов, никто ни разу не предложил мне помощи на будущее ни чисто организационной, ни финансовой. Не знаю, уместно ли здесь напоминать о том, что и я (как и большинство участников вообще) получил за все это чисто символическое вознаграждение. А если учесть стоимость факсов, международных телефонных разговоров и, извини, безнадежно испорченного клеем пальто (расклейкой афиш занимался тоже я сам), то сам понимаешь.
П.П. Я думаю, что пальто Дмитрия Ухова займет место в будущем музее Альтернативы наравне с афишами. Ведь из него, как из шинели Гоголя, вышло целое сообщество слушателей. По-моему, большинство из них встретили изменение концепции Альтернативы вполне благосклонно. А ведь со дня основания фестиваля Алексеем Любимовым в 1988 году он всегда имел марку самого передового, самого информированного (если оставить уже надоевшие разговоры о его оппозиционности и на редкость неудачном, но неотдираемо приросшем названии). На этот же раз в программу были включены произведения, относящиеся к очень широкому спектру музыки ХХ века.
Понятно, что программа сложилась во многом под влиянием обстоятельств (как то, приезд ансамбля Modern с квартетом Мессиана), и искусство ее составления потребовало умения организовать в систему то, что есть. Но представим себе, как бы выглядел фестиваль, если бы он имел возможность отразить картину самых новейших достижений мировой музыки. На мой взгляд, в последние годы не родилось никаких общезначимых концепций. Минимализм и репетитивный метод как последние проявления авангарда, затем новая простота и ретроспективность поставангарда были последними большими идеями, значимыми для многих культур. Затем мировая музыка растеклась на множество тоненьких ручейков. Ушла пора крупных личностей от этого создается впечатление, что композиторов стало гораздо больше. И если бы состоялся такой фестиваль, то он, вероятно, оказался бы сборищем представителей небольших стаек, каждая из которых ловит мелкую рыбешку в своем маленьком водоеме. Какая же форма фестиваля лучше в идеале - такая, как была, с возможностью выразительного сопоставления разных традиций, или другая, представляющая исключительно сегодняшний день?
Д.У. Здесь есть над чем подумать. Во-первых, самый простой ответ или, скорее, практический совет будущим продюсерам Альтернативы (но для начала надо представить себе, что у них будут для этого возможности): фестиваль еще вполне может разрастаться вширь, хотя бы чисто географически. Что мы знаем об австралийском авангарде? О новой музыке в странах третьего мира? Ведь есть же и там новые с точки зрения любой традиции явления? Это частично и возражение. Почему бы не считать серьезным феноменом межкультурные явления? Австралиец, сочиняющий музыку для гамелана на стихи Хлебникова (есть такой, и сам играет на флейте). Японская, китайская музыка для оркестра традиционных инструментов (Тан Дуна или Сю И), корейская для квартета Самул-нори... И это только то, что известно мне, причем только в рамках академической традиции. А если дальше, то что мы знаем об интерактивной композиции? Экспериментальном искусстве звуков (Д.Розенбум, М.Нихауз, Э.Лусьер)? Радио-арте, группирующемся вокруг фестивалей Ars Acustica и Транзит? Экспериментах энтузиастов из Термен-центра?
А насчет практической концепции фестиваля, то я не исключаю того, что истина лежит посередине к генеральной продюсерской идее можно "подверстать" очень много. Причем идея не обязательно должна лежать в "стилистической" плоскости. Вот на выбор: фестиваль камерных ансамблей или сочинений, специально написанных для какого-то состава, авторов одного поколения, ретроспектива одного значительного художника, или а почему бы и нет выход в другие сферы искусства. Альтернатива, посвященная... Достоевскому в музыке, или Живописи в музыке (хотя бы так, как это делал Рождественский), или Танго в серьезной музыке. Или фестиваль кончерто гроссо от начала до современности (в том числе с импровизирующим концертино, с электроинструментами и т.п.)
П.П. Мне кажется, что это скорее подошло бы Декабрьским вечерам. Причем какой из перечисленных тем их не посвяти, в программе окажется Шнитке. А потянут ли на ретроспективу значительные художники помладше? Современная культура стала образованной, искушенной и низкорослой - я не говорю о мастерах старших поколений, чей авторитет сохраняется с прежних лет. Разве не печально, что сейчас ни один нахал не может выпрямить спину и, держа в одной руке ноты, а в другой статью, сказать Стиву Райху (Филиппу Глассу, Арво Пярту): "Старик, собирай манатки. Под твои побрякушки больше никто не танцует"?
Д.У. Не побоюсь повторить банальность: большое, все-таки, видится на расстояньи. Во-вторых, еще одна банальность: гении эпохи создают, таланты отражают. Но эпохи бывают разные: когда есть одна путеводная звезда/идея, а когда и нет. К примеру, 20-е годы: еще не исчерпал себя поздний романтизм с национальными "могучими кучками" (Рихард Штраус, Шостакович), модернизм с неоклассицизмом, футуризм (шумовики) с конструктвизмом, додекафония, четвертитоны - все это сосуществовало одновременно. И в то же время Айвз и Сати, Бузони и Руссоло, Термен и Оскар Зала. "Крупные личности", похоже, возникают тогда, когда лицо, личностное начало (чтобы не говорить талант, гений) олицетворяет (тавтология намеренная) массивное явление. Сейчас такого нет (или пока кажется, что нет) - и крупные фигуры поэтому не различимы. Быть может, наоборот, моностилистические эпохи - исключение?
П.П. Но у нас нет не только Поэта эпохи, нет даже настоящей отборной команды. Ни один композитор не может выйти против другого на джем-сейшн - потому что каждый работает на своей узкой территории. Ему не с кем драться: он один в своей весовой категории, обнимающей несколько грамм. Поскольку современный слушатель теперь понимает любую музыку, кажется, что все композиторы говорят на одном языке - но каждый выговаривает только по нескольку букв. Например, композиторы АСМ выговаривают только "Э-э-э". Если кто-то умеет произносить какие-то другие буквы, то по вступлении в АСМ он тщательно от этого отучивается. Многие мастера нового джаза достигли особой виртуозности в "Щ-щ-щ" и "З-з-з" - но только в них. Внутри каждой зоны развивается тавтология. Диалог между зонами становится невозможен.
Может быть, диалог осуществляется не через язык или технику, а поверх них? Мне представляется, что и в самом деле эти понятия утратили какое-бы то ни было содержательное значение. Ничего не изменится, если завтра все асмовики начнут писать в духе минимализма. Всякий разговор о музыке, проходящий в сфере обсуждения средств и композиторской техники, заведомо бесперспективен, если он не начинается с вопроса: а зачем вообще написано данное сочинение? Что бы мы потеряли, если бы его не было?
Мы потеряли бы немного удовольствия; мы потеряли бы следующее сочинение данного автора, которое будет лучше; мы потеряли бы некоторое звено в развитии наших представлений об искусстве; частичку в картине мира; мы потеряли бы что-то в самих себе - если один из этих ответов подходит, все в порядке. Но как правило, мы потеряли бы только очередной оттиск с картины сознания данного автора. С романтических пор остается не преодоленным далеко не очевидное отождествление картины мира с сознанием индивидуального художника. Меня, например, интересует картина мира, а не чья-то энцефалограмма.
Д.У. Энцефалограмма меня тоже не интересует, а вот портрет художника и в интерьере и на пленере с... дело другое (можно и семейный, если жена и дочь красивые). А если всерьез, то я не совсем уверен, что правильно понимаю постановку проблемы. Мысль изреченная есть ложь. Любой подлинный диалог совершается на всех уровнях, и достаточно часто вопреки языку. Ф.Соллерс как-то назвал язык "фашиствующей субстанцией": начал говорить хочешь-не хочешь, подчиняйся его тоталитарным законам.
А насчет постановки вопроса, что было бы, если бы? Так она вообще в искусствоведении основная. Классическое искусствоведение всегда анализирует не само произведение, а то, что оно за него принимает. Причем в музыке это особенно заметно, поскольку рассматривается, по словам Ингардена, объект интенциональный, в том числе и ноты. Структурализм, семиотика пытаются за пределы этого порочного круга выйти, но тут же выходит на какую-нибудь проблематику, маргинальную для академической традиции. Целостной концепции вроде той, что предлагает Налимов (автор монографии "Вероятностная модель языка" - Ред.), или хотя бы приложения его научного аппарата к музыковедению, я не знаю.

Музыковедам стоит заняться не теми, кто пишет, а теми, кто заказывает

П.П. Общезначимое давно уже стало принадлежностью прошлого. Кажется, будто вся современная музыка целиком скдадывается из маргинальных явлений. Логично представить, что в музыкальном мире в целом роль мейнстрима выполняет поп-культура. Но внутри нее есть свой мейнстрим и свои альтернативные течения, которые ведут свой спор с ним в принципе на общем языке. Дима, не пора ли снова создавать мейнстрим в серьезной музыке?
Д.У. Наверное, пора.
П.П. Не пора ли сказать оревуар структурализму, ауфвидерзеен маргинализму и ни к чему не обязывающее си-ю всем композиторам, черезчур много настаивающим на своей индивидуальности? Чем больше художник стремится проявить себя как самодостаточная личность, тем менее контактен он становится с культурой. Чем более он старается заменить собою универсум, тем беднее оказывается его творчество. Чем более закрыта система, тем она тоталитарнее, и тем более стремится запретить другие системы. Как ни странно, но до сих пор многие свято убеждены в том, что каждый композитор хоть на пол-сантиметра, да должен отличаться от других. Монографичность изначально альтернативна, и не в лучшем смысле. Помнишь, как на конференции, проходившей в рамках Российско-голландских ассамблей, Светлана Савенко с некоторой иронией заметила, что каждый голландский композитор (а их там, по-моему, 400 душ) стремится придумать свою индивидуальную систему? Тогда гостья из Голландии, композитор Маргрит Хундердос, как показалось, слегка обиделась. По ее мнению, именно это и остается залогом индивидуального своеобразия.
Хорошо, что Альтернатива объединяет слушателей вокруг контрастных явлений и прививает им широту взгядов. А может ли широко мыслящий слушатель, как раньше рабочий класс, активно воздействовать на музыкальную ситуацию?
Д.У.Но здесь мне не нравятся слова "создавать" и "воздействовать". Как раз поп-культура создает и создается (этим самым воздействием) буквально. Компьютер анализирует хит-парад, и из количественной статистики вычленяет модные тенденции (например, женский голос соло, четыре четверти в латинском стиле, электрогитара, мажор, умеренно быстро, негритянская манера пения и т. д.), и продюсер подбирает "тройку" - исполнитель, композитор, автор слов. Если этот же принцип заработает в культуре "высоколобой", то тогда аривидерчи, неоромантизм , гудбай, минимализм и та новая простота, что между ними. Ведь вот какую интересную закономерность обнаружил тот же компьютер: большая часть хитов создается однодевками. То, что имеет шансы сохраниться в обозримом будущем, скорее всего, на первое место не выходит.
П.П. Очень прошу уважаемую редакцию "Музыкальной Академии" не исправлять эту прелестную опечатку Дмитрия Ухова - "однодевки": она дарит счастливую возможность ласково перебрать в уме состав любого из ежегодных выпусков композиторского отделения консерватории. Увы, их хиты столь же не вечны. А кроме того, творчество в сфере серьезной музыки в не меньшей степени, чем в популярной, находится в зависимости от денег - но не от рынка, а от вздорной и всегда отстающей культурной политики тех или иных государств, фондов, фестивалей и т.п. Нельзя не заметить в деятельности наших музыкантов зависимости от элитарного мнения Запада - в то время как западные музыканты (например, независимые джазмены) ищут спасения от него у нас. Очевидна вписанность Пярта, Гурецкого лучших композиторов в европейский истеблишмент. И вот Евгений Дудин со своим ансамблем у нас на Альтернативе их исполняет. За что ему можно сказать только спасибо (когда это хорошо удается). Но стал бы он играть новую музыку, идущую вразрез с западным менталитетом?
Д.У. Я часто вспоминаю афоризм моего нью-йоркского коллеги (общественное радио WNYC) Джона Шейфера: "даже в авангарде есть свой хит-парад". Надо бы четче подчеркнуть опасность того, что на всех фестивалях играют того же Шнитке (плюс Денисов-Губайдулина). Хотя справедливости ради надо напомнить, что на последней Альтернативе ("на Конец Времени" Ред.) их музыки не было - а у Шнитке есть прямо "эсхатологические" мотивы, у Губайдулиной в более общем философском плане: не случайно, в Америке их называют "русскими(!) мистиками". Есть явления, о которых не хотелось бы говорить (и которыми академическая наука всерьез предпочитает не пользоваться). А именно мода. И все же, заметьте: все эти псевдогруппировки ("пачки", "обоймы"), эти тройки, пятерки ("Могучая кучка") или "Шестерки", формирующиеся, как правило, не самими участниками ("хренниковская семерка" - логический предел этой тенденции: законы социальной психологии и человеческой памяти таковы, что больше семи имен вместе не удерживаются). Что же, в конце концов, музыка - это не только ноты, это текущий музыкальный процесс, музыкальная жизнь, инфра- и суперструктуры. Конкуренция, борьба (если она проходит в парламентских формах) творческих группировок, объединений - явление для художественой жизни абсолютно нормальное. Но всегда находятся такие "Дудины", чья репертуарная политика носит не креативный, а констатирующий характер, и на результаты борьбы реально никак не влияет.
Зависимость от Запада - тоже общее, не только музыкальное явление, и не только русское. Те самые независимые джазмены по возвращении из России не преминут воспользоваться самим фактом гастролей у нас. Но если бы в России было бы такое же предложение, как и у них дома, то я не уверен, что и спрос был бы таким же. Вообще разобщенность двух миров сейчас на руку обеим сторонам. Как в свое время поляки, так теперь наши попсовики обязательно упоминают о гастролях по США, хотя далеко не секрет, что выступления проходят почти исключительно в эмигрантской среде. Да и экономическая конъюнктура помогает: что стоит американцам, даже новоприбывшим, на самом низкобюджетном уровне свозить небольшую команду "развлекателей" туда и обратно. Мы и так счастливы, и не гонорарами поездки окупаются. И наоборот: в России пока еще не все так дорого, можно и за свои деньги выступить. В случае же большого успеха победителей не судят, и помнить, на каких условиях состоялись гастроли, не будут.
Суперзвезды вроде Лайзы Минелли - исключения, подтверждающие правила. Обратите внимание, как только политический капитал перестал приносить прибыль, внешнеполитические службы сразу же прекратили слать к нам свою пропаганду, будь то Нью-Йоркская филармония или биг-бэнд Дюка Эллингтона.
П.П. По-моему, первоочередная задача критиков и музыковедов сейчас - перенести свое внимание с композиторов на тех, кто "заказывает музыку". Историю музыки пишут заказчики - а почему бы не дать эту возможность слушателю? Мне кажется, как раз твоя работа, Дима, концерты или радиоциклы и посвящена воспитанию активного, требовательного слушателя. Другое дело, каким образом может слушатель повлиять на заказчика, тем более в России, где национального заказчика еще нет. Понимая, что выступаю в роли романтического идеалиста, все-таки скажу, что мечтаю о будущем внутрироссийском рынке серьезной музыки, основным фактором развития которой будет реальный слушательский спрос.
Д.У. Совершенно согласен. Собственно, это проблемы всей страны и всей жизни. Но я, честно говоря, не очень представляю себе, чем измерять спрос, и как к проблемам организации музыкальной жизни можно подходить с нашим музыкально-критическим аппаратом. Определять потребность рынка в "эмоциональных градусах" и "соотношениях тональностей"? По-моему, здесь нужны не критики и не музыковеды, а, так сказать, публицисты "музыкального профиля".
Мой личный опыт общения с потенциальными спонсорами только негативный, хотя многие из них - это люди приятные во всех отношениях. По крайней мере, искусству отказывать так, что просящий все равно чувствует себя осчастливленным, они научились. В скобках замечу, что ни один банк, ни один культурный центр и ни одно частное лицо (пардон, не считая меня самого) спонсором Альтернативы не были. Центр "Коллегиум музикум", в том числе и А.Любимов, действительно, финансируются одним банком, и я поддался на уговоры этого центра включить их в "шапку", то есть в число организаторов, а заодно поставил рядом с названием "Коллегиум музикум" и название этого банка. Но к фестивалю это имело косвенное отношение.
О плачевном состоянии профессиональной печати я говорить не буду - читающему это известно лучше меня. Нельзя все же забывать, что мы живем и работаем в стране, традиционно ориентирующейся на литературные ценности ("поэт в России больше, чем поэт", а уж прозаик тем более). Такое явление, как скажем, журнал "обо всем", но для музыкальных кругов (как американский the Rolling Stone, которому удавалось в свое время даже президентский трон поколебать) у нас был возможно только в рок-подполье. Да и то рок - творчество само по себе со значительной внеэстетической нагрузкой. Наша ежедневная пресса музыкой никогда не интересовалась и в целом не интересуется и сейчас (за исключением "КоммерсантЪ-Daily" и "Сегодня"). Если говорить об Альтернативе, то даже спонсор "Московские новости" отделался формальной заметкой.
П.П. Зато в этой газете было приведено мнение Виктора Екимовского - по моим наблюдениям, единственного из известных композиторов (я не говорю о совсем молодых), кто чем-то интересуется и куда-то ходит: там он, констатируя закономерное отсутвие авангардных новшеств, несколько наивно высказался о наступлении эпохи постмодернизма - хотя эта эпоха также уже закончилась.
Д.У. Еще один показатель: полное отсутствие интереса к основному каналу распростанения музыкальной информации - радио, со стороны той же прессы. Газета "Сегодня" пыталась что-то наладить, но пока не получается. Та же "Сегодня" обсасывала каждую серию "Твин Пикс" - но кто-нибудь хоть однажды видел рецензию на музыкальный радиосериал (исключения, конечно, возможны, когда речь идет о музейных генералах - Шаляпине и пр.)?
Ergo: музыка не является общественно значимым феноменом. Каких же милостей тогда можно ждать от "новых русских"?
П.П. Например, они издают газету КоммерсантЪ-Daily, где считают необходимым иметь ежедневную полосу культуры и держать штатного музыкального обозревателя. Работая в этом качестве и замечая, что некоторое теоретическое уважение к музыке у людей бизнеса есть, я думаю, что вскоре придет время писать статьи, которые будут иметь и общественное значение тоже (идеалом такой статьи для меня является "Сумбур вместо музыки"). Разумеется, это произойдет тогда, когда финансовые круги, как ранее партийные, почтут для себя морально необходимым быть великодушными хозяевами сфер искусства. Тогда они перестанут слушать пошлые разговоры о духовности и традициях руского купечества и позаботятся о рейтингах, поощрениях, рекламе... Но саму систему ценностей они придумать не в состоянии - ее должны сформировать для них мы, музыканты, выступающие от лица слушателей. Так что наша главная задача подумать и решить, какой же все-таки музыкальной каши мы хотим, а какой нет.

В XXI веке опусы европейской музыки будут создаваться не чаще, чем индийские раги

П.П. Новое - теперь слово ругательное. Кто занимается поисками нового - не комильфо. Но новое - это в том числе и новые имена композиторов, если подходить с точки зрения устроителя. Мне понравились и "Два маленьких канона" Ираиды Юсуповой, и композиции Алексея Айги, и особенно De profundis Хорхе Кампоса, который исполнялся в галерее Art Modern, накануне открытия основного цикла Альтернативы. В этом сочинении композитору удалось обратить сюжет своего замысла (довольно сложно технически разработанного) к простым и типичным чувствам слушателя - не случайно это сочинение имело такой откровенный успех.
В то же время идеи, по сути близкие композиторским, подчас предлагают исполнители или продюсеры. Например, в затее Дмитрия Покровского исполнить "Свадебку" и "Байку" Стравинского народными голосами и компьютерами содержится не менее масштабная конструктивная и культурная идея, чем в любом новом сочинении. Иван Соколов иногда так исполняет классику, что кажется, будто это звучат его новые произведения. В одной статье я даже предложил термин для этого типа творчества - ready synthesized composition (композиция по готовым нотам). Может быть, вообще не стоит связывать будущее музыки с композиторами? В конце концов, профессия эта - явление сугубо историческое, существовала она не всегда. Дима, давай отменим композиторов? Надо еще подумать, имеет ли какие-либо шансы такое понятие, как музыкальное произведение. Но если да, то их можно создавать каким-нибудь еще способом - из пробирки, говоря в широком смысле. Композиторы, как я уже говорил, слишком много значения придают своим личностям, далеко не такими интересным, как им самим кажется. Между тем, они профессионалы, и в любом случае их надо чрезвычайно уважать. Можно не устраивать потоп или культурную революцию, а гуманно и загодя переориентировать их на централизованную сдачу творческого вещества для дальнейшей переработки. Мне кажется, что, взамен необузданного в своем торжестве индивидуального сознания, музыку должны регулировать объективные законы - либо тоталитарного, либо рыночного толка. Тогда, при правильной постановке дела, в XXI веке возникнут новые, с более высоким КПД, индустриализованные механизмы получения серьезной музыки. А жизнь сможет принять более естественные формы: мы встали утром, светит солнце, работают булочные, шопы, музыкальные школы. А композиторов больше нет. Эта лавочка закрыта.
Д.У. Я готов отменить кого угодно и что угодно ради вовлеченности всех и каждого в создание, как ты выражаешься, "творческого вещества".
П.П. Именно! Люблю Ухова.
Д.У. В том числе, вещества Музыки (обязательно с большой буквы и можно даже в кавычках). Но, опять же, семь раз отмерь, даже если ты идеалист-романтик. Свято место пусто не бывает и кто его займет? Продюсеры постиндустриальной эпохи?
П.П. Продюсеры, режиссеры, оптовики, перекупщики...
Д.У. Вообще говоря, они и раньше кое-что значили, только назывались нотоиздателями и музикдиректорами. И в самом деле, романтическая мифология прочно сидит в европейском сознании. Отсюда и крайности - с одной стороны, концептуализм, абсолютное торжество идеала над пошлостью повседневности (в том числе и над ремеслом: кто это написал 100 тактов для гобоя без паузы - Шуман?) или, наоборот, гиперреалистичный "прекрасный новый мир" пост-1994 года с централизованной поставкой звуковых консервов. Японцы уже всерьез подумывают о компьютерных хранилищах всей, в том числе и звучащей, информации. От сегодняшнего модема до завтрашнего подключения к какой-нибудь централизованной фонотеке, где хранятся все существующие записи всего сущего.
П.П. Здесь скрыта очень важная идея, связанная с электронным, интерактивным способом доступа к музыке. Он принципиально отличен от грамзаписи, поскольку предоставляет возможность личных маршрутов путешествий: юзер (в прошлом веке слушатель) может самостоятельно оперировать фрагментами, а с развитием технологии - и более мелкими элементами структуры. Заметим, что уже сейчас мы активно пользуемся преимуществами фрагментированного слушания, часто (по разным причинам) не прослушивая сочинение полностью. В будущем, соответственно, понятия целого, формы и т.д. будут радикально переосмыслены. Я, как еще и сотрудник фонотеки консерватории, отношусь к этому очень серьезно.
Д.У. А я уже готов запатентовать на будущее свою идею: программу, выдающую среднестатистическое из, скажем, всех исполнений Пятой симфонии Бетховена. Или только из тех, что нравятся заказчику. За отдельную плату можно установить дома Radio Baton и абоненты смогут сами изготавливать ready-synthesized версии уже существующих сочинений. Тогда, возможно, и новая музыка будет создаваться крайне редко так же, как, скажем, сейчас сочиняются индийские раги.
П.П. Очень точная мысль, намекающая на возникновение в будущем определенных канонов!
Д.У. Можно будет устраивать конкурсы и фестивали - региональные, международные, по возрасту, по социальным признакам (Первый концерт Чайковского среди домохозяек, Вторая симфония Веберна для пенсионеров-интеллектуалов, рок-н-ролл Пресли для младших школьников). И в один прекрасный момент кто-то предложит такую версию, какой еще ни у кого не было, и вместе с тем одинаково значимую для всех. Ему (ей) можно будет присуждать почетное звание композитора.
П.П. Вот тогда мы сможем считать национальным достоянием искусства не только самого художника, но и его красивую жену и дочь, и твоя выше высказанная мысль окажется вовсе не шуткой. Я бы, буде мне это по карману, выдавал бы победителям и денежную премию - никто еще не доказал, что общение с искусством должно быть обязательно материально незаинтересованным. Компьютерное мышление предложит нам пока невозможные сочетания образовательного, игрового, художественного и религиозного начал.
Д.У. Но пока все это в будущем, надо всеми имеющимися в нашем распоряжении средствами доказывать, что искусство, даже альтернативное, требует жертв со всех сторон автора, исполнителя, продюсера, критика, массовых коммуникаций. Ну и, разумеется, мецената. Только их постоянное и регулярное взаимодействие (иными словами, оргкомитет) способно общими усилиями выработать полноценно зрелую концепцию Фестиваля.
А то в будущих международных соревнованиях на лучшее интерактивное исполнение черновиков Второго квартета Бородина мы опять не выйдем в четвертьфинал. И за державу будет ну очень обидно!

Владимир Мартынов - Дети выдры Хуун_Хуур-Ту Opus Posth п/у Татьяны Гринденко Хор «Млада» (Пермь) Фрагменты премьеры в Перми, 17

Pavel Karmanov - Innerlichkeit - Photos by astronaut A_Skvortsov Pavel Karmanov - Innerlichkeit , Photos by astronaut A. Skvortsov Peter Aidu (Piano), Ivan

Владимир Мартынов - Бриколаж (фрагмент) Исполняет автор 23.02.2008 в КЦ ДОМ http://dom.com.ru/

Петр Поспелов - Селима и Гассан Симфонический триптих. Концертный зал Чайковского. Финал Конкурса композиторов YouTube 2010


Владимир Николаев - Геревень, балет Пермский театр оперы и балета Хореограф - Раду Поклитару Художественный руководитель - Теодор Курентзис


Павел Карманов - «День Первый» для смешанного хора и чтеца. Максим Новиков (альт), Евгения Лисицына (орган). Молодежный камерный хор

Павел Карманов - Подарок самому себе на день рождения Андрей Усов - Алексей Толстов - Вадим Холоденко 23.01.2012 Архиповский зал, Москва

Александр Вустин - Памяти Бориса Клюзнера Для баритона и струнного квартета. 1977 На слова Юрия Олеши. Владимир Хачатуров, баритон. Струнный

Владимир Мартынов - Stabat Mater Ансамбль Opus posth Хоры "Сирин" и "Алконост" п/у Татьяны Гринденко

Татьяна Герасимёнок - The Creed (2015) Ансамбль Opus posth Хоры "Сирин" и "Алконост" п/у Татьяны Гринденко

Джон Кейдж. Лекция о ничто Российское ТВ, 1992. «Лекцию о ничто» исполняют: Владимир Чинаев Алексей Любимов Герман Виноградов

Леонид Десятников - Зима священная 1949 года: VI - Спорт Симфония для солистов, хора и оркестра (1998) Симфонический оркестр Виннипега, солисты и хор Дирижер

Sergey Khismatov - To the left II | souvenir No name ensemble cond. Mark Buloshnikov

Леонид Десятников - Колхозная песня о Москве из к/ф «Москва» New Era Orchestra (Киев). Дирижер Татьяна Калиниченко Киев, Гогольфест, Сентябрь 2010

Pavel Karmanov – Musica con Cello – with New Russia State orchestra Boris Andrianov (Cello), Ksenia Bashmet (Piano), Andrey Ivanov (Bass), Vartan Babayan (drums) "New Russia"

Леонид Десятников - Свинцовое эхо на стихи Дж.М.Хопкинса, 1990 Уильям Пьюрфой, контратенор Роман Минц, скрипка Сергей Полтавский, альт Евгений

Владимир Николаев - Геревень, балет Телесюжет. Пермь, октябрь 2012

Петр Поспелов. Внук пирата. 1. Увертюра «Платформа». Винзавод, 29.11.2013

Петр Поспелов – Грузинская песня "Ожерелье". Слова народные, перевод Яна Гольцмана Елизавета Эбаноидзе, голос Кирилл Уманский, фп. Сортавала, Дом

Павел Карманов - Michael Music Pocket symphony, Nazar Kozhukhar, cond.

Pavel Karmanov - THE WORD in BZF, St-Peterburg Youth chamber choir of St.Peterburg's Philharmonic society by Yulia Khutoretskaya. Павел Карманов - "СЛОВО"

Тарас Буевский - Концерт для фортепиано и струнного оркестра Наталья Богданова, камерный оркестр "Времена года", дир. Владислав Булахов. Международный фестиваль современной музыки "Московская

Владимир Мартынов - Игры ангелов и людей Мистерия (фрагмент): Литания Богородице. Игры ангелов и людей (2000) Москва, 28.11.2011, Костёл Непорочного

Владимир Мартынов - Этюд «На пришествие героя» Одиннадцатый Фестиваль Работ Владимира Мартынова, 10.03.2012, ДОМ

Петр Поспелов. Внук пирата: 2. Das Lied и la canzone «Платформа». Винзавод, 29.11.2013

Pavel Karmanov Oratorio 5 Angels (Best sound) Yulia Khutoretskaya Young chamber choir+ One Orchestra Pavel Karmanov Oratorio 5 Angels Yulia Khutoretskaya & The Young chamber choir & The

Владимир Тарнопольский - Jenseits der Schatten Ансамбль musicFabrik, дирижер Вольфганг Лишке

Леонид Десятников - Лето: Толотная из цикла "Русские сезоны" (2003)

Антон Батагов - Бодхичарья-Аватара Поет верховный лама Калмыкии Тэло Тулку Ринпоче

Петр Поспелов. Внук пирата. 3. Ария Тани «Платформа». Винзавод, 29.11.2013

Другие видео