Тексты | Авторы | Издания | Спектакли | Ассоциация |

КоммерсантЪ / Пятница 01 сентября 1995

Лариса Юсипова

Известные пристрастием к политическому театру композитор и режиссер центром нового своего спектакля сделали, однако, не политическое событие, а природное явление -- землетрясение. Но это мало что меняет. Обстоятельства места здесь едва ли не важнее образа действия: Лос-Анджелес -- "самый американский" и самый этнически пестрый город Соединенных Штатов -- подарил Адамсу, Селларсу и автору либретто -- негритянской писательнице и борцу за права меньшинств Джун Джордан -- повод поведать о том, как живут в их стране негры, белые, желтые, полицейские, журналисты, адвокаты, одинокие матери и главари мафиозных групп. Впрочем, авторы настаивают на том, что их опера -- совсем не политический памфлет, а развернутая история любви, новая и бесконечная West Side Story.

Жизни нескольких молодых пар переплетены друг с другом так крепко и так причудливо, что самим героям в этом уже не разобраться -- нужна встряска, вмешательство потусторонней силы. Каковой и оказывается лос-анджелесское землетрясение.

Нетрудно заметить, что, призвав на помощь столь мощного союзника, авторы значительно упростили собственную задачу: когда в пробоине потолка появляется небо, трудно придраться к отсутствию в поступках героев абсолютной психологической достоверности. И почему, собственно, не может вдруг оказаться, что белокурая журналистка влюблена не в статного красавца-полицейского, с которым живет, а в малорослого, но речистого адвоката-вьетнамца, который ее домогается? А полицейский -- в черного мафиози, арестованного за кражу двух бутылок пива? А сам мафиози -- неизвестно в кого, но явно не в свою подругу, политическую беженку из Сальвадора?

Впрочем, опера изначально предполагает изрядную долю условности. Проблема в другом -- многие никак не хотят согласиться с тем, что Адамс и Селларс создали именно оперу. Предлагается несколько других определений -- от расплывчатого "почти мюзикл" до экзотического "история в песнях".

Спектакль действительно выстроен как цепь почти концертных номеров числом 22. А музыка стилизована под американский поп. Однако отказать "Потолку-небу" в звании оперы -- значит отказать самой опере в праве со временем меняться, а оперным певцам -- в том, чтобы быть молодыми, подтянутыми, отлично натренированными людьми (все актеры, занятые в спектакле, не старше 32 лет, и у всех за плечами богатый бродвейский опыт).

Что было бы очень обидно.

"Я смотрел на потолок..." -- конечно же, опера, причем иногда по-оперному растянутая и дидактичная. Кажется, авторы дали друг другу торжественную клятву: не поставить точку до тех пор, пока не выскажутся по всем пунктам кодекса политкорректности -- в поддержку социальных, национальных и сексуальных меньшинств. Не будь композитор, режиссер и их исполнители профессионалами столь высокого класса, это должно было бы кончиться скверно. Получилось хорошо: занимательно и несколько экзотично -- как экзотичны для европейца надводное и подводное царства русского мира, экспортированные в Эдинбург Мариинским театром. Кстати, британские рецензенты уже отметили, что, вновь пригласив в гости Kirov Opera, директор фестиваля Брайан Макмастер тем самым включил ее в достаточно узкий и очень престижный "эдинбургский круг".

В своих интервью режиссер Питер Селларс очень много говорил о том, что хочет вернуть опере ее природный демократизм. Композитор формулирует свои задачи скромнее: Джон Адамс мыслит категориями не мирового, а американского театра: "Нельзя быть американцем, не размышляя всерьез о роли музыкального театра в нашей культуре. Мой 'Никсон в Китае' -- великая опера, но в то же время это и музыкальная комедия. Две же идеальные модели, на мой взгляд, -- это 'Вестсайдская история' и 'Порги и Бесс'".

Американский театр занял на фестивале почетное, но несколько обособленное место. Легкость, с которой заокеанские коллеги расправляются со всеми мировыми проблемами, европейцам пока не близка. Театры Германии и Великобритании предложили свой, более основательный взгляд на мир -- что и придало фестивальной программе устойчивое и комфортное равновесие.

Джон Адамс (John Adams)-- один из самых популярных современных композиторов США. После окончания Гарварда переехал в Сан-Франциско, где, помимо собственно композиторской деятельности, занялся преподаванием в консерватории. Его сотрудничество с режиссером Петером Селларсом началось в 1985 г. работой над оперой "Никсон в Китае". Эта постановка, принесшая им мировую славу, была показана всюду -- в том числе и на фестивале в Эдинбурге в 1988 г. Питер Селларс (Peter Sellars) -- американский режиссер из числа "молодых провокаторов" и "политических активистов". Автор многих десятков постановок драматических и оперных постановок. На "Никсоне в Китае" он встретился не только с композитором Джоном Адамсом, но и с балетмейстером Марком Моррисом -- автором хореографии спектакля. В этом году Моррис и Селларс выступают отдельно -- и оба представляют сливки американского театрального авангарда.