Русский Телеграф / Среда 25 марта 1998
Юлия Бедерова

Большому кораблю большая музыка

Создатель саундтрека к "Титанику" Джеймс Хорнер награжден за глубину

Бубнить что-либо ругательное об этом монументально-сопливом сочинении Джеймса Хорнера уже скучно. Конкуренты Хорнера -- титаны киномузыки Дэнни Эльфман, Джон Уильямс и Джерри Голдсмит, больше всего повлиявший на нашего героя, -- также воодушевления не вызывают. Кроме разве что Филипа Гласса с его сумрачной и выразительной ориентально-минималистской дорожкой к фильму Скорсезе "Кундун". Поэтому вслед за оскаровскими академиками предадимся псевдоакадемическому анализу мощной победительной партитуры.

"Титаник" Джеймса Хорнера -- автора музыки к "Аполлону-13", "Джуманджи", двум "Стартрекам" и еще около полусотни action --вышел на компакт-диске фирмы Sony Classical в ноябре прошлого года. И с тех пор, написанный в духе "Кармина Бурана", в стиле Эньи и большого футбола, удерживает первенство в мировых поп-чартах. Хотя сделан в традициях академической симфонической музыки.

Итак, в структуре этого длинного саундтрека отчетливо просматриваются черты сонатного аллегро. Мощное симфоническое развитие из одного тематического ядра -- с глубокими контрастами и архитектонической стройностью -- делает его бетховенски титаническим. Уже сам обобщенно фольклорный характер тематизма отсылает слушателя к бетховенской традиции. Выверенность гигантской кульминации в конце разработки (трек № 10, "Смерть "Титаника"") и строгая философская созерцательность медленных вступления и лирических эпизодов (треки № 1, 2, 4, 12) делают Джеймса Хорнера наследником великого композитора эпохи классицизма.

Рассмотрим тематизм и его развитие в "Титанике" подробнее. Медленное вступление сольной волынки, создающее мечтательное настроение, не содержит яркого тематического образования, однако уже в нем содержится то ядро, из которого в дальнейшем возникнут и главная, и побочная, и заключительная партии сочинения. Вслед за волынкой вступает труба с лирической темой свободного дыхания и большого диапазона. Это главная партия сочинения. Из ее ядра, содержащего поступенный мелодический ход, возникнет эпическая побочная партия (трек № 3). Вторжение главной (трек № 4) звучит в исполнении певицы Сессиль Киркебю. Заключительная -- торжественно ликующего характера -- написана на материале главной. Далее следует большая симфоническая разработка (треки с № 6 по № 9) с несколькими волнами кульминаций, в которой развивается весь тематический материал -- соло гобоя заглушается аккордами меди (особенно яростно звучит тромбон в низком регистре), соло свирели прерывают грозные раскаты литавр. Здесь мотивная работа композитора достойна великих образцов. А гибкость симфонически-синтезаторной оркестровой работы вызывает необычайно действенное впечатление. Реприза (с трека № 11), в коде которой появляется новая тема (трек № 14, "My Heart Will Go On" в исполнении Селин Дион), вносит успокоение и примирение. Величественная заключительная партия теряет первоначальную напряженность и приобретает характер побочной -- лирико-эпический.

Но главная бетховенская черта этого волнительного произведения заключается в том, что тема (главная, она же побочная) как две капли воды похожа на тему "Оды к радости" из Девятой симфонии немецкого классика. В варианте Хорнера звучит нечто вроде "Утопитесь, миллионы", и звучит гимнически.

Не знаю, как у академиков, а у меня эта обаятельная схожесть вызвала странное чувство. Как и вся затея, в которой музыка "Титаника" -- один из лучших спецэффектов. Не видно и не слышно, но работает.