Адрес статьи: http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2006/01/26/102101
Ведомости / Четверг 26 января 2006
Петр Поспелов

Лебединые полутона и колокольные подвиги

Десятников и Мартынов попали в четыре хорошие руки

Современная академическая музыка в камерных жанрах, как правило, не попадает в поле зрения широкой аудитории. Но именно в этом формате состоялось событие весьма нерядовое: в одной программе прозвучали произведения двух наших ведущих композиторов — Леонида Десятникова и Владимира Мартынова.

Пребывая во взаимно уважительных отношениях, петербуржец Десятников и москвич Мартынов остаются принципиальными оппонентами. Не только в силу извечного соперничества двух столиц, где каждый из них претендует на неофициальное звание первого композитора, но, главным образом, в силу различия творческих платформ. Мартынов — оголтелый радикал, Десятников — столь же убежденный традиционалист. При этом оба принадлежат современному искусству и публика их в части своей — одна и та же. Только ходит она на двух своих кумиров по очереди.

Пианист Алексей Гориболь, известный как самый лучший и самый преданный исполнитель музыки Десятникова, теперь обратился и к музыке Мартынова, поставив обоих композиторов в один концерт — программу “ХХ век для двух фортепиано”, сыгранную им в Камерном зале Дома музыки на пару с Полиной Осетинской.

Сочинение Десятникова “В сторону Лебедя” (Du cote de chez Swan) относится к 1995 г., его название отсылает к Прусту, а музыка представляет собой мастерскую переделку (рекомпозицию или музыкальный комментарий) пьесы “Лебедь” Сен-Санса. У Сен-Санса эта пьеса была номером веселого цикла “Карнавал животных”, в эпоху декаданса превратилась в балетный номер “Умирающий лебедь”, а у Десятникова рассыпалась на осколки и обросла непоправимо трагическими интонациями. Оттенок бодрости в пьесу вселяет лишь стремительный эпизод, написанный с оглядкой на оперу Джона Адамса “Никсон в Китае”. В основном же пьеса Десятникова — отточие и недосказанность.

По контрасту у Мартынова — ни намека на полутона, все доведено до душевных и физических пределов. Огромная, на целое отделение композиция “Переписка” принадлежит не ему одному, а написана в паре с рижским композитором Георгом Пелецисом. Авторы применили в музыке литературный принцип романа в письмах, а попутно выступили в ролях пылкого Флорестана (Мартынов) и мечтательного Эвсебия (Пелецис). По времени создания “Переписка” в основном относится к глухим 1980-м гг., когда друзья-корреспонденты были молоды и искали иных путей в искусстве, нежели набивший оскомину модернизм. “Переписка” Пелециса — Мартынова — уникальный текст по многим причинам. Она создавалась вообще не для исполнения — и сегодня слушается как музыкальная фиксация сокровенной дружеской беседы. Ее музыкальный материал нарочито груб — это лишь немного Шуман, в основном же — монументализированная громкой фортепианностью поп-музыка. Но из этого девальвированного, всеобщего и никакого материала вырастает масштабная форма почти в духе симфонических поэм XIX в., где есть движение большого чувства — от меланхолии к экстазу, крушение надежд и долгая примиряющая мажорная кода.

Пианисты играют части “Переписки” по очереди, следуя порядку почтовых отправлений. Алексей Гориболь играл за Пелециса и придал нежному Эвсебию больше мужественности по сравнению с пианистами, исполнявшими эту композицию раньше, — самим автором и Иваном Соколовым. Будучи в фортепианном дуэте лидером, но при этом взяв на себя пассивную половину, он тем самым усложнил задачу Полине Осетинской, которой выпала партия, написанная Мартыновым, — как раз стопроцентно мужская (она до сих пор числилась за автором и Алексеем Любимовым; правда, еще Андрей Дойников играл “Переписку” один за двоих, но этого я не слышал). Таким образом, если Гориболю можно было и похудожествовать (что он и проделал большей частью к месту), то Осетинской пришлось стать воплощением абсолютного, объективного духа. Долгую, громкую, изматывающую партию она исполнила с подвижнической отдачей. Подобно звонарю на колокольне, она уловила некую чистую волну и словно попала в такт с самим мирозданием. В других номерах программы Полина Осетинская, даже когда сидела за первым роялем, была ведомой и находилась чуть в тени партнера.

В начале первого отделения дуэт сыграл еще одного современного российского композитора — Павла Карманова, раскопав его “Ре мажор II” — прелестное, искреннее и наивное до бесстрашия студенческое сочинение. В свое время, в 1992 г., оно тоже прозвучало весьма радикально на фоне сложной авангардной музыки, которую писали и ведущие, и лучшие молодые композиторы. Такую музыку Алексей Гориболь в свои программы как раз не включает, поэтому неудивительно, что на целый концерт современных фортепианных дуэтов и не набралось — зато осталось место для двухрояльной Сонаты, рафинированного шедевра Франсиса Пуленка.

---

Современные русские композиторы: Леонид Десятников Павел Карманов Владимир Мартынов Георгий Пелецис