Адрес статьи: http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2000/08/09/19676
Ведомости / Среда 09 августа 2000
Вадим Журавлев

Гергиев убивает и спасает Philips

Семнадцатой оперой, записанной Мариинским театром, стала только что выпущенная запись «Семена Котко» Сергея Прокофьева. Запись осуществлена не на спектакле Мариинского театра, увенчанном в этом году четырьмя национальными премиями «Золотая маска», а во время концертного исполнения в венском «Концертхауз» в ноябре 1999 г.

Спектакль Мариинского в постановке Юрия Александрова представлен в новой записи только фотографией на обложке. А звукозаписывающая фирма Philips  только своим лейблом. В прошлом году Philips окончательно поглотил один из главных монстров рынка классической звукозаписи  Decca, входящая в концерн Universal (вместе с Deutsche Grammophon). Только лейбл остался от некогда влиятельной фирмы, подписавшей в свое время эксклюзивный контракт с театром Гергиева (тогда еще Кировским, отчего уже забытый торговый брэнд Kirov навязчиво присутствует на всех релизах Мариинки).

Как считают отдельные менеджеры скончавшейся фирмы, именно ставка на сравнительно дешевый контракт с Мариинским театром (по слухам, он во много раз меньше, чем контракты Метрополитен-опера или других регулярно записывающихся театров) сделала свое черное дело. Записи «Князя Игоря» Бородина и «Руслана и Людмилы» Глинки вызвали мало энтузиазма у западных покупателей оперных CD. Тем более что рынок классических записей и без того переполнен дорогостоящими оперными записями, которые удорожают издание многоязычного буклета с либретто. И гигантам звукозаписи, отваливающим немалые гонорары раскрученным звездам, приходится конкурировать с мелкими фирмами, которые задействуют дешевую силу из Восточной Европы.

Тем не менее Мариинский сохранил свой контракт и с новой фирмой. И продолжает продвигать на западный рынок совсем не шлягерных русских композиторов  Римского-Корсакова и Прокофьева. Выпущенная перед «Котко» запись «Царской невесты» Римского-Корсакова для русского меломана стала разочарованием. Старательное исполнение Дмитрием Хворостовским партии Грязнова (которая для него низка) сильно контрастирует с ледяной интерпретацией образа Любаши примой Мариинки Ольгой Бородиной, которая поет идеально, но не вызывает никаких эмоций. Откровенно некачественно выглядит пение Марины Шагуч (Марфа). Зато отличная свежая запись «Семена Котко» в корне меняет отношение к этому советскому опусу Прокофьева (опера написана по повести Катаева «Я  сын трудового народа»). Прокофьевская экспрессия оказывается близка Гергиеву, который превращает загнанную в перестроечные времена на задворки театрального репертуара оперу в настоящий шлягер, которым можно поразить и сытого западного слушателя. А кульминационный третий акт  в шедевр не меньший, чем сцена сумасшествия из «Бориса Годунова» или финал «Хованщины». Новая запись  звездный час и для молодых солистов  Татьяны Павловской (Софья), Виктора Луцюка (Семен), и для маститых «стариков» Мариинки, например Геннадия Беззубенкова (Ткаченко). Кстати, эта запись еще и прекрасная возможность услышать, как Мариинка выступает на гастролях. Почувствуйте разницу! Остается пожалеть, что в записи вновь, как и на первых порах, отсутствует либретто на кириллице и перлы вроде Chivota mnХe ne dastaet в тексте вызывают улыбку. Следующей прoкофьевской записью Мариинского театра станет «Любовь к трем апельсинам».