Тексты | Авторы | Издания | Спектакли | Ассоциация |

Адрес статьи: http://friday.vedomosti.ru/article.shtml?2007/11/02/10928

Ведомости-Пятница / Пятница 02 ноября 2007

Петр Поспелов

Аланья стал героем Земли в декабре прошлого года, когда, погрозив кулаком галерке театра «Ла Скала», гневно ретировался со сцены. Все знают, что случилось: после выходной арии Радамеса раздались аплодисменты партера, но в них не утонуло мощное «бу», раздавшееся откуда-то сверху. Спектакль не остановился, растерянная партнерша немного попела одна, и ей на помощь быстро подоспел дублер, не успевший даже облачиться в костюм. Естественно, режиссеру «Аиды» Франко Дзеффирелли это понравиться не могло. «Настоящие звезды так себя не ведут»,  отрезал мэтр.

Карьера Аланьи, между тем, на этом вовсе не закончилась. Он продолжал петь на других сценах мира, а месяц назад его вызвали в Нью-Йорк: незадолго до начала объявленной в «Метрополитен-опера» «Ромео и Джульетты» Гуно выбыл из строя Роландо Вильясон, и Анне Нетребко на замену потребовался столь же звездный Ромео. Красавица-жена Аланьи сопрано Анжела Георгиу, чувствуя, что мужа нельзя оставлять одного, тут же примчалась в Нью-Йорк из Чикаго, где должна была репетировать «Богему». Естественно, начальству оперного театра в Чикаго это понравиться не могло, и контракт со звездой был тотчас разорван.

Несколько вздорный стиль поведения, который, казалось бы, должен вредить карьере артистов, в современном мире, напротив, приносит им пользу. Недолго побыв в образе свободолюбивых строптивцев, они потом столь же истово доказывают преданность искусству. Когда пару недель назад в «Метрополитен-опера» незадолго до начала объявленной «Аиды» выбыл из строя Марко Берти, Аланья снова вышел на замену, спел того самого злосчастного Радамеса и заработал стоячую овацию.

В 1990-е годы оперный мир развлекался тем, что придумывал «четвертого тенора». Чаще всего на эту должность назначали Хосе Куру или Роберто Аланью. Кура  красавец-латинос с сильным драматическим тенором и отвратительными попсовыми замашками, при этом образованный музыкант, пробующий даже дирижировать. Аланья  француз с сицилийскими корнями, тоже видный спортивный мужчина, с искренним темпераментом и хорошим вкусом, не получивший толком музыкального образования и первое время учивший партии на слух. Тенор у него сугубо лирический, и в лирических итальянских, а особенно французских партиях у него мало конкурентов. Однако лавры драматических теноров (а особенно интересы фирм звукозаписи) не дают бедняге покоя, и он насилует свой тонкий аппарат всякими Радамесами, Хозе и даже Отелло. Сегодня, в 44 года, он звучит действительно покрепче прежнего, но вот очарование лирической кантилены, пожалуй, немного потерял.

Что же нас ждет? Весьма пестрая программа, которую Аланья поделит примерно пополам с молодой сопрано Селин Бирн, только что получившей Гран-при на конкурсе имени Марии Каллас. Выбраны дуэты из «Ромео и Джульетты» Гуно (одна из коронных лирических партий Аланьи) и «Мадам Баттерфляй» Пуччини. Сам по себе Аланья споет номера из Рубинштейна (строфы Нерона по-французски), Беллини, Доницетти, Пуччини и своего брата Давида Аланьи. Селин Бирн  из Дворжака и Гуно. За аккомпанемент и увертюры отвечает оркестр петербургского Эрмитажа и уверенная рука дирижера Александра Сладковского. Бисы разглашать не имею права, но их будет немало  если, конечно, вы не поведете себя как галерка в «Ла Скала».

4 ноября, Концертный зал им. П. И. Чайковского, Триумфальная пл., 4/31, тел. 232 53 53

Лавры драматических теноров не дают бедняге покоя, и он насилует свой тонкий аппарат всякими Радамесами, Хозе и даже Отелло