Тексты | Авторы | Издания | Спектакли | Ассоциация |

Адрес статьи: http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2002/04/11/43970

Ведомости / Четверг 11 апреля 2002

Анна Галайда

«Коппелия» Новосибирского театра оперы и балета завершила балетную программу фестиваля «Золотая маска». В конкурсе она представительствует сразу за всю балетную Россию, лежащую за пределами Мариинского театра.

И так же, как камерные интерьеры приютившего «Коппелию» Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко не в состоянии соперничать с купеческой роскошью Большого, так и новосибирский спектакль не вызвал общественного резонанса, возбужденного петербуржцами, которые атаковали столицу именами Джона Ноймайера и Михаила Шемякина. Однако впервые за 10-летнюю историю Национальной театральной премии и фестиваля провинциальный театр привез в Москву не просто приличный, но и актуальный балетный спектакль. «Коппелия» Новосибирского театра оперы и балета  не клонированный классический спектакль в усредненной «редакции Сен-Леона  Петипа  Горского», подлинное авторство которой погребено под десятками восстановлений, редактирований и усовершенствований. Сергей Вихарев, в недавнем прошлом ведущий солист Мариинского театра и главный российский идеолог балетного аутентизма, вновь обратился к гарвардскому архиву Николая Сергеева  режиссера Мариинского театра, который в конце XIX  начале ХХ в. зафиксировал все репертуарные спектакли Мариуса Петипа. На этот раз среди записей Вихарев обнаружил документы, которые позволили ему восстановить один из самых популярных балетов той эпохи  «Коппелию» в редакции 1894 г.

«Коппелия» Лео Делиба стала мировой классикой, родившись за пределами России: его премьера состоялась в 1870 г. в парижской Opera. Тогда прославленный хореограф Артюр Сен-Леон, на закате карьеры выжитый Мариусом Петипа с теплого поста балетмейстера петербургского Императорского театра, вернулся на родину и за несколько месяцев до своей смерти поставил балет, единодушно признанный шедевром. В его основу легла новелла модного тогда во Франции Гофмана «Песочный человек» о механических куклах и мастере Коппелиусе. Петипа, не пропускавший модных новинок, в 1884 г. сочинил для Петербурга собственный балет на этот же сюжет и уже готовую музыку, а заодно, не стесняясь, использовал находки когда-то очень популярного в России хореографа. С тех пор «Коппелия» стала одним из самых репертуарных в России балетов. Но именно благодаря этой популярности «Коппелия» обросла невероятным количеством напластований. Имя Петипа неизменно украшало афишу как гарант качества, но следов подлинного Петипа в этих спектаклях найти было уже невозможно. Новосибирская «Коппелия», таким образом, оказалась возвращением к живой жизни фактически неизвестного балета хореографа. Театр, в котором Вихарев занимает теперь пост главного балетмейстера, эксклюзивность проекта оценил  труппа танцует спектакль с очевидным старанием и даже вдохновением. Но времена, когда уровень этого театра позволял называть его столичным, остались в прошлом: спектакль Петипа, требующий ровных рядов корифеев, изощренных солистов и блистательных премьеров, продемонстрировал, как сложно оставаться на плаву провинциальному коллективу, который до столицы доехал впервые за два десятилетия. «Коппелии» не повезло  но не с исполнителями, а со зрителями: в России до сих пор уровень науки о балете таков, что балетоведы судят о подлинности стиля Петипа только по наличию или отсутствию верхних поддержек и фуэте. В «Коппелии» фуэте крутит не только балерина, но и четыре корифейки в коде. Но фуэте появились в России в 1892 г.  на два года раньше того, как Николай Сергеев записал этот спектакль, и эксперты оценить научную работу оказываются бессильны. Поэтому квалифицировать реставраторскую работу Сергея Вихарева, Павла Гершензона (архивные материалы) и художника-постановщика Вячеслава Окунева могут только они сами.