Адрес статьи: http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2009/06/30/202603
Ведомости / Вторник 30 июня 2009
Гюляра Садых-заде

Ланг-Ланг сыграл для Клиберна

Ночной концерт с участием Ланг-Ланга, пианиста-звезды, не сделал чести фестивалю Валерия Гергиева

Концерт был посвящен лауреатам конкурса «Новые голоса Montblank»: в первом отделении пели лауреаты нынешнего года Кристина Капустинская и Алексей Марков. Но героем вечера назначили «официального представителя марки» Ланг-Ланга — пользующегося невероятной популярностью пианиста американо-китайской выучки.

После череды разочаровывающих отмен — на фестиваль не приехали Ефим Бронфман, Брин Терфель, Леонидас Кавакос — выступление Ланг-Ланга вызвало повышенный интерес. Хотя, строго говоря, сенсационный успех пианиста уже давно питается из источников внемузыкальных. Сызмладу вступив на стезю заигрывания с публикой, он со временем превратился из музыканта, подававшего большие надежды, в шоумена, изобретательно и талантливо развлекающего зал ужимками. Ланг-Ланг постепенно смещает интерпретации в сторону кросс-культуры, формально оставаясь в рамках классического репертуара. Он, конечно, еще не Ванесса Мэй, но уже что-то к ней близкое.

В зале преобладала светская публика, художественная составляющая вечера никого не волновала. Зато присутствие в зале Вана Клиберна взволновало многих. Легенда ХХ века, он смирно сидел в десятом ряду, мило улыбался и старательно хлопал — хотя радоваться было особо нечему.

Концерт Гайдна был сыгран поверхностно и легкомысленно. Ланг-Ланг, как обычно, взмахивал над клавиатурой ершистым вихром, подмигивал залу и таращил глаза, как бы находясь в упоении. Руки меж тем споро и умело делали свое дело, позванивая хрустальными трелями, потряхивая аккуратными пассажами. Что касается чистоты стиля и классицистского звучания оркестра, то, как говорится, и рядом не лежало. Да такой цели стоявший за пультом Валерий Гергиев и не ставил.

Соль-мажорный концерт Равеля прошел несколько лучше: в медленной, второй части забрезжило что-то подлинное и вдумчивое. Вдруг послышался в переливчатых созвучиях специфически французский стиль шинуазри — видимо, Ланг-Ланг почуял нечто родное в прихотливой равелевской пентатонике.

В конце Гергиев объявил, что они решили почтить Вана Клиберна, посвятив ему бис. На миг подумалось — сейчас сыграют «Подмосковные вечера» в память об историческом бисе на конкурсе Чайковского. Но нет: прозвучал медленный ми-мажорный Этюд Шопена, раздумчивый и благостный.

Санкт-Петербург